Книга Эволюционер из трущоб. Том 3, страница 91 – Антон Панарин

— Кто знает? Может, ему не нравилось, что репутацию верховного судьи порочит твой уже покойный сын. Сам понимаешь, у аристократов свои причуды. А тут верховный судья, а сын бандит.

— Не бандит он, — прорычал Скрипов, почувствовав, как в груди бурлит гнев.

— Мне-то не заливай. Я досье его читал. Ты его от одного убийства отмазал и от десятка грабежей. Без тебя Семён и так был бы мёртв. Только помер бы не в Михайловске, а на каторге, — беззлобно ответил Фома Трофимович, затушил окурок о столешницу и встал из-за стола. — Думай сам, что делать с этой информацией. Но если что, то этого разговора не было.

Старик развернулся, чтобы уйти, и услышал за спиной голос Скрипова.

— Фома Трофимович, спасибо тебе. Деньги переведу, куда скажешь.

— Егор Елисеевич, я тебе по дружбе помог, а не ради денег. Бывай. — Бросив это через плечо, старик ушел, оставив судью с тяжелым сердцем и головой, полной раздумий.

— Что происходит? — прошептал Скрипов. — Архаров и правда отдал приказ убить Сёму?

От размышлений его отвлёк увесистый удар по столу. Официантка принесла две бутылки коньяка и два бокала с мутными разводами.

— Сто рублёв, — буркнула официантка и протянула руку.

Скрипов посмотрел на неё невидящим взглядом, завис на пару секунд, а после машинально достал из кармана бумажник и вытащил из него пятьсот рублей.

— Сдачи не надо.

— Хе! «Сдачи не надо». Неслабо, — оценила официантка широту жеста и решила пошутить. — А у вас откуда столько деньжищ? Вы аристократ или пират?

— Занимайтесь своей работой, — буркнул Скрипов, зубами выдернул пробку из коньячной бутылки и присосался к омерзительному пойлу.

Коньяк обжигал нутро; на вкус он был хуже мочи, но согревал и приятно туманил рассудок. Если бы не эта жижа, то голова судьи взорвалась бы от мыслей, рыщущих на запредельных скоростях.

— Алкашня, — покачала головой официантка и ушла.

Когда бутылка опустела наполовину, в кармане судьи зазвонил сотовый. Скрипов, сипло выдохнув, поставил бутыль на стол, и достал телефон. На экране высветилась надпись «Секретарь».

— Да, — скривившись от мерзкого послевкусия, сказал Скрипов.

— Егор Елисеевич, в приёмной вас ожидает женщина, — послышался мелодичный девичий голос.

— Какая ещё женщина? Скажи ей, чтобы шла прочь. Сегодня я не работаю, — отмахнулся судья и посмотрел на мутные остатки коньяка, плещущегося в бутылке.

— Боюсь, что мы не можем ей отказать. Это жена барона Архарова, — пояснила девушка.

Глаза судьи расширились от удивления, он прикрыл микрофон рукой и прошептал:

— Какого чёрта происходит? Сперва Сёма, а теперь он и меня решил убрать? Да не может этого быть. В конце концов, для этого он прислал бы не свою жену, а того же Гаврилова.

— Егор Елисеевич! Егор Елисеевич! — раздалось в трубке. — Вы меня слышите?

— Какая именно жена? Хотя, не важно. Скажи что я буду через тридцать минут, — отозвался Скрипов и повесил трубку. — Интересно, что этой суке нужно от меня?

Рука потянулась к бутылке, но судья вовремя одёрнул себя. Встал из-за стола, пригладил волосы и бодрой походкой направился на выход.

* * *

После занятий я побродил по академии, пытаясь отыскать Сергея, но, увы, так его и не встретил. Кстати, столовая здесь была отличная! Кормили довольно простыми блюдами, но на убой. При этом был и ресторанчик для академической элиты, где подавали всё, начиная от устриц и заканчивая стейком из кенгурятины. Правда чтобы там питаться, нужно войти в пять процентов лучших во всей академии.