Книга Эволюционер из трущоб. Том 16, страница 41 – Антон Панарин

Я усмехнулся, пожал его окровавленную руку и с издёвкой в голосе ответил:

— Лысик, да мне плевать, любишь ты меня или нет. Всё, что мне нужно, так это твоя сила.

Если бы у Водопьянова были силы, он прямо сейчас набросился бы на меня и перегрыз мне глотку. Увы, он даже встать с пола не мог без чьей-либо помощи. Его челюсти всё ещё были сжаты от сдерживаемой злости. Он медленно вытер кровь с лица рукавом мундира и произнёс уже более твёрдым голосом:

— По рукам, мальчишка. Но у меня есть одно условие, — он вздёрнул подбородок вверх, пытаясь вернуть себе хоть какое-то подобие достоинства. — Ты больше не приблизишься к моей дочери. Держись от Венеры подальше, она никогда не будет с таким отребьем, как ты.

Я расплылся в широкой довольной улыбке, повернулся к Венере, которая всё ещё стояла в углу. А после подошёл к ней и обнял за талию, притянув к себе. Я почувствовал, как она вздрогнула от неожиданности, но не оттолкнула меня, а, наоборот, прижалась сильнее, уткнувшись лицом мне в грудь.

— В просьбе отказано, — произнёс я, поворачиваясь к Водопьянову. — Мы с Венерой сами решим, как нам жить дальше. Вас это не касается, уважаемый тесть.

— Тесть⁈ — Водопьянов так широко распахнул глаза, что казалось, они вот-вот вылезут из орбит, а его рот несколько раз открылся и закрылся, как у выброшенной на берег рыбы. — Какого чёрта ты… мы же только что… ты не можешь…

— Если мы переживём вторжение нежити, — перебил я его, — то я женюсь на вашей дочери. Она удивительная девушка, умная, сильная, красивая. Именно такая женщина мне нужна.

Я посмотрел на Венеру, которая смотрела на меня снизу вверх с выражением абсолютного шока на заплаканном лице. Её губы дрожали, глаза блестели от слёз. Я приподнял её подбородок пальцами, заставляя смотреть мне прямо в глаза, и произнёс как можно серьёзнее:

— Венера Игнатьевна Водопьянова, вы выйдете за меня замуж?

Повисла звенящая тишина, такая, что было слышно, как из разбитого носа Водопьянова на ковёр капает кровь. Венера замерла, не моргая, её дыхание участилось, щёки покраснели, несмотря на бледность, вызванную пережитым стрессом. Затем она медленно произнесла…

Повисла театральная пауза, которая явно затянулась. Венера хотела что-то сказать, но дыхание перехватило от переизбытка чувств. Вместо слов она обвила руками мою шею, привстала на цыпочки и поцеловала.

— Будем считать, что ты согласна, — улыбнулся я.

В этот момент Водопьянов прохрипел сквозь зубы с таким отвращением в голосе, что меня аж передёрнуло:

— Выйти замуж за это отребье? За ублюдка, погрузившего Империю в хаос? Воистину, боги ненавидят меня. Подобного я и в страшном сне не мог представить.

Я оторвался от Венеры, повернулся к нему и усмехнулся:

— Вам я и не предлагал выйти за меня замуж, так что успокойтесь, папаша. Своей жизнью вы уже распорядились, а значит, отойдите в сторону и не мешайте молодым строить новое светлое будущее, — я задумался на мгновение и тут же добавил. — Отставить! Никуда не уходить. Поступаете в распоряжение Шереметева и отправляетесь на охрану Беренгова пролива.

Я окинул взглядом будущего тестя и понял, что он выглядит весьма скверно. Вздохнув, я мягко заговорил, глядя на Венеру.

— Проследи, пожалуйста, чтобы этот лысый ворчливый старикан отправился к лекарям и залечил раны. У него от силы неделя на восстановление.