Книга Эволюционер из трущоб. Том 17, страница 23 – Антон Панарин

А потом на горизонте появилась она. Гигантская волна, чёрная, высотой с многоэтажное здание, несущаяся к берегу с невероятной скоростью. Волна подошла к городу за считаные секунды, вздыбилась ещё выше, нависла над Адлером тёмной стеной и обрушилась с такой силой, что даже камера задрожала, хотя находилась на приличном расстоянии от эпицентра.

Вода смывала всё на своём пути, здания рушились, будто были сделаны из игральных карт, а не из бетона. Деревья вырывало с корнями, машины безвольно плыли по бурлящему течению, врезаясь в руины зданий. Люди исчезали в мутной воде без шанса на спасение.

Запись продолжалась ещё несколько секунд, показывая, как вода стоит на месте, затопляя всё вокруг, а затем начинает отступать, возвращаясь в море, унося с собой обломки и тела. И тут я увидел его. Посреди того места, где когда-то был пляж, стоял чернокожий мужчина с платком на голове, сухой и невредимый, словно волна его вообще не коснулась.

Он медленно осматривался по сторонам, и даже через экран планшета я чувствовал, что он опасен.

— Останови! — резко сказал я, и Артём нажал на паузу, заморозив изображение. — Приблизь вот этот участок. Кто это?

Артём выполнил мою просьбу без вопросов. Лицо чернокожего стало отчётливо видно. Высокие скулы, узкий нос, тонкие губы, сжатые в прямую линию, и чёрные глаза, в которых даже на статичном изображении можно было разглядеть что-то неестественное, словно в них плясали молнии.

— Твою мать, — прошептал я, сжимая кулаки так сильно, что побелели костяшки. — А вот и Валет Бубнов пожаловал.

— Ты уверен? — спросил Артём, нахмурив брови.

— А у тебя есть другие версии? — ответил я вопросом на вопрос, и в зале наступила тишина.

Артём нажал на кнопку воспроизведения, и запись продолжилась. Чернокожий поднял руки вверх, и между его ладонями материализовался светящийся бубен, сотканный из энергии, синий с красным. Он начал бить в него, пританцовывая. Вокруг него поднялся ветер, мощный, ураганный, создавший воронку, которая подхватила шамана и унесла его из кадра, оставив после себя лишь пустоту и разрушения.

Запись закончилась, экран погас. Мы пытались переварить увиденное, пытались осознать масштаб катастрофы и понять, что делать дальше. Артём первым пришёл в себя, резко повернулся к советнику и рявкнул:

— Немедленно перебросить войска на южную границу! Все доступные силы, включая артиллерию! Если этот ублюдок движется на север, нужно остановить его любой ценой, не дать ему добраться до крупных городов!

Я положил руку на плечо Артёма, останавливая его, и покачал головой, глядя брату прямо в глаза.

— Так ты погубишь кучу народа, а остановить этого выродка не выйдет, — спокойно сказал я. — Мы можем справиться с ним своими силами, без привлечения армии. Дай мне всех доступных абсолютов, и мы прикончим его.

Артём несколько секунд смотрел на меня, взвешивая мои слова, после он медленно кивнул:

— Хорошо. Бери Трубецкого, Шереметева, Пожарского, Водопьянова, Юрия, Артура, Серого, Лешего — и уничтожь эту угрозу. Хотя, знаешь что? Я иду с вами.

— Ага. Ещё чего, — хмыкнул я, от чего советник, стоящий рядом, напрягся. Видать, он не привык, чтобы кто-то перечил Императору. — Если мы подохнем, ты будешь единственным, кто сможет защитить мирное население. Так что мы сами справимся.