Книга Системный Экзорцист. Книга III, страница 93 – Антон Панарин

В центре города паладины дубинами разгоняли несколько сотен человек, избивающих друг друга. Вот она, машина репрессий. Чтобы прекратить избиения, мы вас изобьём сильнее, чем вы это сможете сделать сами. Вот и думай: палы были в своём уме или поддались общему безумию?

Обескровленная столица сейчас истекала последними соками. Если бы Самаэль решил вторгнуться сейчас, то у него сто процентов удалось бы задавить Пифона.

Хм-м-м. Ранее не задумывался об этом. Но ведь на Пифоне свет клином не сошёлся. Полагаю, Самаэль одновременно раскачивает лодку в государствах своих шести сыновей. Если бы он сконцентрировался только на Пифоне, то победил бы. А может и нет. Скорее всего, братья кинулись бы на помощь немощному и отразили нападение бати. А так у каждого в стране творится не пойми что, и все заняты лишь своим куском грязи.

Да, полагаю это вопрос времени, когда Самаэль вырвется на свободу. И он прав, если не я помогу ему, то кто-то точно сможет вытащить сидельца с адской зоны.

Припарковав авто посреди дороги, я двинул к дому Блаховича. Трёхэтажный длиннющий барак. В таких жили лет четыреста назад. Не думал, что коммунальные квартиры ещё сохранились. Увы, эти пережитки прошлого были живы и здравы. Открыв дверь, я тут же наткнулся на лапшу бельевых верёвок и три пьяных тела на полу. Оп! Простите, господа. Мне на третий этаж.

Протиснулся между забулдыгами и юркнул наверх, пока не пришлось иметь дело с местной интеллигенцией.

Сверху рубило такое жёсткое музло, что уши просто кровоточили от ужасно громкого звона гитар и душераздирающего рычания вокалиста.

Поднявшись на этаж Блаховича, я увидел картину, какая могла бы возникнуть в фильме про зомби. Пять человек неистово колотили в дверь, выкрикивая ругательства. Судя по окровавленным кулакам и двери, перемазанной красным, стучали они уже очень давно.

Ускорив шаг, я направился прямиком к отважной пятёрке.

— Господа! Можно вас попросить отойти от двери?! Я поговорю с другом, и он выключит музыку!

Мне пришлось орать, иначе меня бы никто не услышал в текущих условиях.

— Ты чё, сука, друг этого пидора?! Мужики! Вали его!

Пять небритых рож, смердящих потом, кинулись в атаку. Боковой удар в челюсть я прервал своим, отпрыгивая назад. Кулаки с хрустом встретились, только мой остался цел, а запястье атаковавшего ужасно деформировалось.

Схватившись за сломанную руку, первый боец отполз назад.

— За Саню! Кроши его, мужики!

Полудурки и правда решили меня нашинковать. В руках двоих возникли раскладные ножи. Вот идиоты... После первого же моего удара могли ведь понять, что не на того нарвались.

Здоровенный детина со шрамом на виске нанёс тычок ножом в грудь. Перехватив его руку, сместился влево и ударил кулаком в локоть, отчего предплечье выгнулось под неестественным углом.

Последний любитель ножевого боя был ростом метр пятьдесят. Он уверовал, что это его сильная сторона. Пока я калечил его друга, коротышка зашёл за спину и нацелил удар в печень. Вот только моя пятка оказалась быстрее.

Удар ногой поднял недомерка в воздух. Он пролетел пять метров, после чего, приземлившись на ноги, совершил несколько неуклюжих шагов и выпал в окно. Помянем.

Остальные вояки резко уверовали в идеи пацифизма и спрятались по своим коммунальным норам. Я снова набрал номер Яна, а через пару секунд дверь открылась.