Книга Эволюция целителя 2, страница 102 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Я протиснулся через толпу.

Пожилой лекарь покраснел, держа в руках маску для искусственного дыхания, хотел пройти к хрипящему мальчику, но Пуля встал на его пути.

— Да пустите вы меня! — возмущался он. — Он умирает!

— Тебе сказано было — нельзя, — процедил Пуля, вновь отталкивая его как пушинку. — Стой в стороне и не отсвечивай.

Я оказался рядом с шатенкой, которая сидела рядом с мальчиком и утешала его, но вряд ли тот её слышал.

— Отойдите, пожалуйста, — попросил я её. — Мне нужно пространство.

— Чт-то вы собираетесь делать? — её большие и очень выразительные карие глаза испуганно уставились на канцелярский нож, лезвие которого я вытащил.

— Буду спасать вашего сына, — ответил я.

— Он мне не сын, но… как сын, — пробормотала шатенка и поднялась, сделав пару шагов назад.

— Олег, не пускай никого, — обратился я к Пуле, и тот мрачно кивнул в ответ.

На таймере чуть больше минуты. Успею.

Раз с моими способностями в данный момент беда, приходится использовать то, что есть под рукой.

Я разрезал трубку на две неравные части. Затем открыл абсент, плеснул немного на грудь мальчика, полил лезвие канцелярского ножа и трубки. Особенно уделил внимание концу длинной трубки, которую собирался вставлять в лёгкое в качестве дренажа. Оставил половину напитка, вставил в горлышко две трубки, длинную и короткую, опуская их в абсент. Причём короткая трубка едва торчала из горлышка. Она нужна, чтобы разрядить давление внутри бутылки.

В завершение я намертво замотал в районе горлышка скотчем.

Диагностический щуп был нужен как никогда. Получилось вызвать его всего на две секунды, но я понял, где лучше делать надрез.

Я собрался с духом, погрузил лезвие под кожу мальчика, между рёбрами. После чего вставил конец длинной трубки внутрь, доставая до плевральной полости. Затем зафиксировал надрез несколькими магическими швами, чтобы также не проходил внутрь воздух. Три магические нити — всё, что мне удалось вызвать. На большее я сейчас не способен. Хотя их вполне хватило, чтобы выполнить задачу.

— О-о-о-о-ох-х-х! — судорожно вздохнул мальчик, а я поднял бутылку повыше. Из длинной трубки начали выскакивать крупные пузыри воздуха. Плевральная полость избавлялась от скопившегося воздуха, и давление на грудную клетку ослабевало, сходя на нет.

«Я понял, что с тобой творится», — мрачно процедил Карыч. — «Это не датчики виноваты».

«Некогда. Потом поделишься», — ответил я.

Итак голова кругом, а тут ещё пернатый отвлекает. Мне и правда было интересно, что происходит со способностями, но сейчас некогда об этом думать.

— Вы сделали обратный клапан, — чуть ли не выдохнул пожилой лекарь. — Вы были правы. Я мог убить его. Какой ужас…

— Это я и пытался до вас донести, — холодно произнёс я, переключаясь на очнувшегося мальчика.

— Как его зовут? — спросил я у шатенки.

— Рома… Его зовут Рома, — тихо произнесла она дрожащим голосом. — Он будет жить?

— Да, ему уже легче, но нужно везти его в нашу клинику, — ответил я и склонился над пацаном. — Как ты, Рома? Всё будет хорошо.

Тот взглянул на трубку, торчащую из его лёгкого, позеленел, но говорить пока не мог. Он хотел подняться, но вновь потерял сознание.

Странно, кровь из ярёмной вены на шее не текла, швы я успел наложить отличные. Рана под рёбрами закрыта, дренаж установлен, и воздух почти весь вышел.