Книга Эволюция целителя 2, страница 109 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Я оглядел Настю и Пулю, которые слегка смутились, но кивнули.

— Я согласна. Если, конечно, это будет пропорционально разделению долей в бизнесе, — заметила Настя.

— Вот именно, — прогудел Пуля. — Мысли мои прочла.

— Да понятно это, — уже более мягко ответил Захарыч, и зашагал в сторону одной из палат, которая была переоборудована в его кабинет.

Через полчаса Дарья подписала договор с нашей клиникой на полставки артефактора. Уборщица аж сияла от восторга, несмотря на небольшую доплату в размере пятисот рублей в месяц. Она ещё недавно могла об этом только мечтать.

«Лёха, ты видел искру?» — раздался в моей голове тревожный голосок Карыча. — «Из руки уборщицы вылетела искра!»

«Да, заметил», — ответил я.

«Блин, а как это возможно?» — продолжил пернатый. — «Очень странная энергия».

«Ты же сказал, что не подозреваешь новеньких», — напрягся я. — «Искра особенная? Ты что-то заметил странное?»

«Ну вот как и у тебя. Почти такая же», — выдавил Карыч.

«Такие искры могут формировать почти все лекари, да и артефакторы тоже. А Дарья, судя по всему ещё и одарённый артефактор», — подметил я

«Да вот сам не пойму, что за паранойя напала. После недавнего случая на вокзале я жду подвоха каждый раз», — тяжело вздохнул Карыч. — «Небула очень хитрая и сильная. Всё может быть».

«Что скажешь насчёт Виктории?» — спросил я у питомца. Хотя все его доводы были всего лишь домыслами. Оно и понятно. Питомец напряжён, понимает, кто против него выступает.

«Тоже сомневаюсь. У неё странно блестят роговицы глаз», — затараторил Карыч. — «Хотя с другой стороны у всех одарённых они блестят. Видно, Виктория тоже с даром. Ох, как всё сложно».

«Сам себя только не запутай», — улыбнулся я, направляясь в сторону обеденной, откуда раздавался возмущённый голос Захарыча.

«Ох, постараюсь», — вновь вздохнул пернатый и затих.

Я вошёл в обеденную. Захарыч стоял напротив Настя с бутылкой коньяка в руке.

— Ещё раз говорю. Только тронь, — прохрипел в её сторону старик. — Это хороший коньяк.

— Егор Захарович, я о вашем здоровье беспокоюсь, — пробормотала Настя. — Может, сегодня не нужно ничего обмывать?

— Да я стресс погасить, — проворчал старик. — Тем более кто ты мне? Нянька? Сегодня у нас выходной день, между прочим.

— Ой, делайте что хотите, — вернула она ему бутылку Настя. — Точнее пейте сколько влезет. Гробьте своё здоровье.

— А кто сказал, что я собираюсь это делать? Всего один глоток, для аппетита, — довольно улыбнулся лекарь, плеснув напитка себе в кружку. — Анастасия, чтоб я больше таких выкрутасов не видел. Кто ещё будет?

Мы покачали головой. В этот раз никто не собирался разгонять кровь, а я уж тем более. Мне и так после операции было дурно, а тут ещё сильнее организм ослабнет. Нет уж, как-нибудь в другой раз.

— Ну как знаете, — хмыкнул Захарыч. — Мне больше достанется.

— Глоток, вы сказали, — заметила Настя, и Захарыч аж поперхнулся коньяком.

— Да знаю я, что ты меня опекаешь? — пробурчал он, плеснув в кружку ещё раз. — Два глотка, и всё.

Мы приступили к трапезе. Курочка была румяной и сочной, и я поел с аппетитом.

Чуть позже мы вновь прошли в реаниматорскую. Дарья пригласила нас и торжественно запустила капсулу.

Генераторный ящик зажужжал в углу, провода дёрнулись, коммуникатор тихо и мерно затрещал разрядами. Между двумя половинками капсулы загорелся свет, будто в солярии. Верхняя половина медленно и с шипением открылась, чтобы впустить первого человека.