Книга Эволюция целителя 4, страница 58 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Секунду спустя факелы выступающих вспыхнули как по команде.

А затем началось веселье, которого все ждали. Артисты жонглировали факелами, а огонь, то расплетался на узоры, то сплетался в картины, изображая то монстров, то людей с копьями, то средневековые крепости или причудливых птиц, похожих на птеродактилей.

Одна картинка сменяла другую, а в перерывах огненные узоры окутывали внутреннее пространство купола.

Когда шоу закончилось, все были под впечатлением. Защитный контур потух, но затем к артистам подскочил темноволосый парень моего возраста.

— Могу взглянуть? — спросил он.

— Прошу прощения, но это небезопасно, — покачала головой девушка, запаковывая артефактные факелы в футляр.

— Ну как там? — парень выхватил один из факелов, вроде даже нашёл какую-то кнопку, нажал на неё. Факел вспыхнул.

— Семён, а ну прекрати паясничать! — прогудел кто-то из толпы.

— Вот видишь, отец? А ты говорил, что это опасно! — воскликнул парень и взмахнул факелом. Пространство над аристо вспыхнуло. Несколько огненных шаров зависли в воздухе.

— Прошу вас, нажмите на кнопку снова, — попросил артист, протягивая руку. — Верните.

— Ха! Делов-то! — паренёк опустил руку со всё ещё пылающим факелом, и

огненные шары упали на поляну, сходясь в одной точке, как раз в том месте, где стоял Семён.

— А-а-а! А-а-а-а! — закричал от боли парень, надрывая глотку. Он упал, начиная кататься по земле, а его одежда моментально вспыхнула, словно порох.

Огонь с парня сбили два охранника, набрасывая на него огнеупорную ткань, но ему это не особо помогло. Жар был таким сильным, что куртка парня прогорела полностью, а его кожа обуглилась.

Я уже был рядом и облегчил участь пострадавшего анестетиком. В этот момент к нему подбежали два целителя. Одного из них я узнал. Целитель Державиных. Как всегда в пенсне и с чемоданчиком в руках.

— Просим вас отойти. Пожалуйста, удалитесь к столикам, — как можно вежливей обратился здоровенный охранник к гостям, в том числе и ко мне, о я не сдвинулся с места.

— Вас тоже это касается, — загудел передо мной голос здоровяка.

— Ярослав Сергеич, глубокий ожог, струп не даёт ему дышать, — услышал я напряжённый голос целителя с аккуратной бородкой. Тот склонившись над хрипящим аристократом. — Интубация бессмысленна.

Так он назвал процесс, при котором в горло вводят специальную трубку, чтобы пациент мог вздохнуть. Всё верно сказал. Смысла этого делать нет.

Кожа превратилась в плотный нерастягивающийся струп, который медики изредка называют эшаром. Хрен знает, что это был за огонь, но точно не обычный. Внутренние ткани за несколько секунд воздействия пламени отекли моментально. Травма серьёзная. Образовавшаяся «мёртвая кора» превратилась в панцирь, и он сдавил грудную клетку так, что лёгкие парня не могли расправиться на вдохе.

— Разрежем струп магическим лезвием, — напряжённо взглянул на целителя Державиных бородатый. — Я сделаю это.

Не знаю насчёт магического, но надрез был необходим. В этом я был с ним полностью солидарен. Выхода не было. Только хирургическое вмешательство.

— Илья Василич, не получится. Магическая плёнка, видите? Она блокирует. Попробую развоплотить её… сейчас, — пробормотал целитель Державиных, нервно поправляя пенсне, затем выставил руки.