Книга Эволюция целителя 6, страница 95 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

Ого! А вот и сам Михаил Христофорыч Брыльский, собственной персоной.

Актёр увидел нас, расплылся в счастливой улыбке, распростёр руки. Затем сделал шаг и наступил на шнурок своего ботинка, спотыкаясь буквально на ровном месте.

— Опять! — воскликнул он.

— Миша, держись за руку, — подхватила его за локоть пожилая женщина в светлом платье.

Если бы рядом с ним её не было, упал бы Брыльский на пол, и, возможно, даже разбил бы себе лицо или сломал себе что-нибудь. В его возрасте это немудрено сделать.

— Алексей Михайлович, приветствую! — воскликнул актёр.

— Пройдёмте в приёмную, расскажете, что у вас, — пригласил я его, показывая на приоткрытую дверь.

Настя прошмыгнула за стол, а я попросил женщину, которая представилась супругой актёра, остаться в коридоре.

— Я боюсь Мишу оставлять одного, после того как он пару раз упал на ступеньках театра, а затем чуть не подавился, я не отхожу от него ни на шаг, — встревоженно сообщила Брыльская.

— Тогда проходите, — пригласил я и её. — И давно это началось?

— Два дня уже, — вздохнул актёр, нервно пощипывая аккуратную бородку. — Сам не знаю, что со мной. Может, атеросклероз?

— Он не настолько влияет на координацию движений, — произнёс я. — Давайте я вас сначала продиагностирую.

— Ох, я буду только рад, дорогой вы мой Алексей Михайлович, — жалобно протянул пожилой актёр. — Ещё и в голове шумит немного.

Я сплёл диагностический щуп, погрузил в грудную клетку Брыльского, который продолжал говорить.

— И ладно там на сцене. Удары подушками. Что с них будет?

— Но вы улетели со сцены, споткнулись, — напомнил я.

— Вы были на моём спектакле⁈ — радостно воскликнул Брыльский, взмахнув руками и задевая ванночку с инструментами, которую Настя не успела убрать в шкаф. Скальпель, зажимы, пинцеты разлетелись по полу.

— Ох, простите меня! — трагично по-актёрски воскликнул Брыльский, прижимая руки к груди. — Опять эти странности. Я всё ломаю уже второй день, всё задеваю. Сам не свой.

— Я соберу, не переживайте, Михаил Христофорович, — Настя кинулась на пол, сгребая в ванночку всё, что рассыпалось по плитке.

— Может, ударились за кулисами после того полёта? — предположил я, вновь собирая диагностический щуп, потому что предыдущий сбился.

— А, нет, конечно! Да, я споткнулся. Но меня поймали за кулисами, — улыбнулся Брыльский и затем сморщился, ударившись коленом в ножку стола. — Проклятье-е-е.

Я перешёл на изучение мозга. Мозжечок, основной координирующий центр, в порядке. Вообще с ним никаких изменений.

Он как раз и обеспечивает плавность и последовательность движений. Он же контролирует мышечный тонус и равновесие.

Но Брыльский падал и дёргался так, будто не контролировал свои действия.

— Какое-то пятно, — пробормотал я, замечая что-то между мозжечком и границей двух полушарий мозга.

— Что вы говорите? — испуганно спросил Брыльский. — Какое пятно? Что, у меня опухоль⁈

— Прошу вас, успокойтесь. Это не опухоль, — пробормотал я, концентрируясь именно на этом пятне. Затем я настроил фокус и всмотрелся в него.

И в этот момент пятно шевельнулось, а затем нырнуло в щель между мозжечком и затылочной долей. Я аж дёрнулся от неожиданности.

Ни хрена себе, это ещё что такое⁈

Глава 15.