Книга Герой Империи 1, страница 41 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Это очень грамотный приём, — подчеркнул Карпов, оборачиваясь к остальным. — Все запомнили? На следующем занятии его отработаем как следует.

Он отошёл в сторону, ухмыльнувшись в бороду и радостно заблестев взглядом.

— Хороший бой, — кивнул он мне, и я ответил тем же.

— Так что, на этом всё? — разочарованно произнёс Макс.

— Ничья, — ответил Карпов. — Теперь общая физическая подготовка. По стандартной программе.

Учитель махнул двум своим помощникам, которые отправились в сторону оборудованного тренажёрами места.

— Ну, Саня, красавец. Ты не только Учителя удивил, — похлопал меня по плечу Иван, когда мы направились в тренажёрную зону. — Тут все в шоке. Верно говорю, друзья?

— Поразительно, но все реакции были машинальными, — улыбнулся Даниил. — И гормон стресса держался в норме.

— Видно, Санёк у нас в прошлой жизни был отличным рукопашником, — пошутил Макс.

Но как же он был прав. Три медали на выездных соревнованиях, первое место в краевом фестивале боевых искусств. Так что да, мне есть чем гордиться.

— Просто красавец, — улыбнулась в мою сторону Лиза, заблестев игривым взглядом.

— Учитель ему поддавался. Вы разве не заметили? — хмыкнула Софья.

— Разве? — ответил Иван. — Игра в поддавки сразу видна. Но я точно ничего такого не заметил.

— Саша, ты просто лучший, — улыбнулась мне Анна. Она была удивлена не меньше остальных.

После серии упражнений мы отправились в раздевалку и, переодевшись в спецодежду, вернулись в зал ожидания, где увидели Павла Кандинского. Он сидел за столом, а перед ним — пепельница с дымящейся сигаретой. Некромант кинул в нашу сторону мрачный взгляд и вновь перевёл его в сторону шкафа, делая очередную затяжку.

— Паша, а ты не охренел ли случаем? Какого рожна дымишь в зале? А пожарная сигнализация? — сделал ему замечание Иван.

— Она не работает, и ты об этом знаешь, — выдавил Павел.

— Датчики поменяли на этой неделе. Так что бегом туши свою соску! — зарычал Иван.

— Ну ты Паша и кадр! — ухмыльнулся Макс.

— На себя посмотри, — потушил сигарету Павел, затем направился к большому двустворчатому окну и распахнул его настежь.

Мы к этому времени устроились на своих местах, каждый за своим столом. По сути за рабочим местом, каждое из которых было пронумеровано и числилось за конкретным сотрудником. В ящиках — документация, схемы и памятки, а на столе — чистые листы бумаги и канцелярские принадлежности для докладов, объяснительных и прочего художества.

— Ты, я смотрю, Паша, совсем расслабился в отпуске, — продолжил Иван. — Резко общаешься, нападаешь на новеньких, ведёшь себя, как обиженный ребёнок. Тебе сколько лет?

— Достаточно мне лет, — огрызнулся Павел, затем вернулся на место и схватился за голову. — Я вообще ни черта не понимаю. Мы вот сколько с тобой знакомы? Уже лет пять точно. А ты мне какие-то претензии выставляешь.

— Паша, откуда в тебе такая озлобленность⁈ — воскликнула Анна. — Ты даже спасибо не сказал, когда я тебя вылечила.

— Вон, спасибо скажите своему стажёру, — злобно посмотрел на меня Павел. — Я понял, что произошло. Это ведь ты сделал, стажёр? Признавайся.

— Я защищался, — ответил я ему. — И ты получил по заслугам.

— Кто-нибудь, закройте ему рот, — резко выдохнул Павел, краснея. — А не то…

— Ну, что? — я сделал шаг вперёд. — Давай, ну же. Продолжай доказывать, что ты опытней, сильней. Никто же тебя не ценит.