Книга Герой Империи 1, страница 47 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Вы смогли это сделать! Ну надо же! — воскликнул Никифоров.

Он сиял от счастья, изучая следы на земле.

— Это кислота? Охренеть, я даже и не думал, что этим всё обернётся, — растерянно улыбнулся он.

— Лимб оказался очень серьёзным. Он перешёл в более опасную фазу, — объяснил я. — Но всё уже позади. Теперь можете не переживать о своей безопасности.

— Он больше не появится? — следак настороженно посмотрел в небо.

— Очень малая вероятность существует, — ответил я. — Никто не застрахован от аномалий. Но в ближайшие годы вам ничего не грозит.

— Хотелось бы верить в это, — вздохнул Никифоров.

— Это точно, уж поверьте, — решил я вкратце объяснить. — Лимб зарождается вверху, на уровне сотни метров, а то и больше. Но остаточный фон антимагии сейчас поднялся вверх и будет всё это время служить своеобразным щитом. Так что вам не о чем волноваться.

— Это уже радует, — улыбнулся следак. Его успокоили мои слова. — Благодарю вас. А то никакой жизни не было из-за этой дряни… — и замахал своему сыну: — Илюха, выходи, уже всё закончено.

Сын вышел из дома, остановившись у того самого бетонного строения, которое задел мой купол.

— Надо убрать кислотные следы, — обратился он к сыну. — Возьми в сарае грейдер.

Сын исчез в бетонном строении, затем тут же выскочил оттуда. На его лице было заметно, насколько он возмущён и растерян. И я понимал, отчего. Во время ликвидации лимба я слышал на грани восприятия несколько щелчков со стороны сарая. Всё-таки там находились артефакты, и они разрядились из-за воздействия моей антимагии, давая о себе знать таким образом.

— Отец, не получится! — возмущённо вскрикнул сын Никифорова. — Грейдер сдох, как и газонокосилка.

— Палаточный комплекс? Защитный сигнализатор дома? — настороженно спросил Никифоров.

— Они в норме, их не задело, — ответил кучерявый парень. — Но ещё разрядился свето-генератор и отопитель.

— Да это мелочи, сын. Не переживай, всё зарядим, — улыбнулся Никифоров.

— Ну как же мелочи? — возмутился недовольный отпрыск, обращаясь ко мне. — Вы разрядили, вы и заряжайте.

— Илья, прекращай, — строго произнёс Никифоров. Затем он отвёл сына, читая ему лекцию.

— … и как ты разговариваешь с людьми⁈ Откуда в тебе это хамство⁈ — доносились до меня обрывки разговора. — У нас есть зарядники!..

Сын побледнел, попытался возражать, но Никифоров был категоричен. После разговора со своим отпрыском он вернулся ко мне.

— Не обращайте внимания, — нацепил он дежурную улыбку. — Молодой ещё, что с него возьмёшь, многого пока не понимает.

— Надеюсь, наши договорённости в силе? — поинтересовался я.

Мне было всё равно, какие у него отношения с сыном. Это их проблемы, в конце концов. Интересовала лишь наша сделка. Никифоров был доволен тем, что я убрал лимб, а это уже половина успеха. Вторая половина зависит от его натуры. Вот сейчас и посмотрим, насколько он порядочный.

Никифоров меня не разочаровал. Он кивнул, моргнув глазами, затем сообщил, что доволен работой и забудет о Николае. Дело он удалит, разумеется — завтра, в рабочий день.

— Но учтите, если ваш брат вновь попадётся, он не отвертится, — предупредил Никифоров, когда мы направлялись к его автомобилю. — И тут дело даже не в том, что я такой вредный. Просто не только я вижу отчётность. В этот раз я смогу объяснить начальству, почему дело Николая Светлова исчезло из базы. Проведена беседа, первый раз совершил ошибку, обвиняемый всё понял, осознал и больше так делать не будет… Если в следующий раз попадётся, я не смогу его защитить.