Книга Шажком за монстрами!, страница 107 – Виктор Молотов, Сергей Харченко

— Да, Серёга, мама права, — ухмыльнулся батя. — Главное, в садике такое не ляпни.

— Не, такую хер-рню я точно не скажу. Ой… — я зажал себе рот, а маман гневно посмотрела на батю.

— Я, кажется, знаю, от кого Серёжа таких слов набрался, — ответила она.

— Да ну ты что, это всё попугай, — ухмыльнулся батя. — Я тут ни при чём.

Ну да, батя, конечно. Отмазался ты, конечно, красиво. Главное, есть на кого свалить, ага.

— И, по-моему, нашему попугаю нужен учитель по этикету, — добавил батя. — А то он плохо влияет на нашего мальчика.

— ДА НУ, НА ХУ…! — начал Рэмбо, но я вовремя приказал ему заткнуться.

— Ладно, я пошутил, — специально громко ответил батя, чтоб и попугай слышал. — Нет у нас пока денег на ещё одного учителя. Только нового слугу взяли. А кстати, где он?

— В саду, Иван Александрович, — отозвался копающийся с повреждённой оградой Захарыч. — Где ж ему ещё быть? Порядок наводит, и что меня удивило, даже не матерится.

— Вот Захарыч, учись, — подметил батя и сказал, уже громче: — И ты, Рэмбо тоже!

— Р-РЭМБО ХОР-РОШИЙ… — донеслось сверху, и я поневоле улыбнулся.

После того как мы поужинали в беседке — а вкусного было много чего, включая котлетки на пару и картофельное пюре с подливкой — все дружно отправились в дом.

— Раз так, и на логопеда у нас денег нет, я нашла выход из положения, ответила маман, когда мы зашли в гостиную. — В интернете куча всяких занятий. Серёже точно это поможет.

— Их ведь тоже оплачивать нужно? — спросил батя.

— Вань, ну не столько же, — улыбнулась мама Наташа. — Там вообще копейки…

В итоге с батиного телефона я изучил какое-то вводное занятие, которое вообще было бесполезным.

— А теперь — кто хочет более детальный разбор и упражнения, — ответил довольная розовощёкая барышня, — переходите по этой ссылке.

А далее батя увидел окошко с суммой и вздохнул, категорично взглянув на маман:

— И это, по-твоему, дёшево?

— За все двадцать занятий, Вань, — резко ответила маман. — И да, это дёшево, я считаю. И кстати, этого учителя хвалят. Я читала отзывы.

Батя вздохнул и несколько раз потыкал в экран.

— Всё, можете заниматься, — ответил он. — Оплатил.

В итоге два занятия я прошёл тут же, понимая, что всё-таки польза от них есть. Я начал чётче выговаривать буквы «Ж» и «З». Правда, не всегда. Но всё равно — это был успех, как для меня, так и для родителей.

Чуть позже я приготовился ко сну. Причём лёг самостоятельно. Когда пышка зашла в спальню, она заохала:

— Серёжа, да ты сам улёгся. Какой молодец! Прям самостоятельным становишься.

И в голосе её я чувствовал огорчение. Ну да, отрываюсь от вашей гиперопеки, Лариса Батьковна. Как бы вы ни хотели продлить это время, всё начинает меняться.

И я рад, что эти уси-пуси скоро закончатся. Очень рад.

На этой отличной ноте я и уснул.

* * *

Поместье Смирновых, раннее пятничное утро, три недели спустя.

Я хорошо выспался и чувствую себя бодрым. Голова у меня ясная. Я сконцентрирован на своей главной цели.

Именно так и думал, когда собирался в ясли. Точнее, это был последний день, когда я иду в ясельную группу.

Последние три недели пролетели, как и не было. Всё это время я тренировался с умником и с Рэмбо, а затем — на других курсах, которые в очередной раз оплатили родители. Тренировался, тренировался и снова тренировался.