Книга Сумеречный стрелок 7, страница 32 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

На уроке истории Карамзин был явно с бодуна. Лицо слегка опухшее, он выдул графин воды и переключился на дальний, стоящий возле кадки с большой пальмой. А обычно тихий голос сейчас сильно заплетался, отчего никто не понимал, что он говорит. Зато все неплохо подремали, периодически кивая на его вопросы в сторону аудитории.

На ОБЖ вновь речь зашла о сумеречной зоне и способах выживания, и Лев Александрович рассказал о диких порталах, подтвердив услышанное мной ранее от Черепова. Эти порталы — редкое явление, и они стационарны, в отличие от индивидуальных точек перехода искателей. Преподаватель вновь повторил, что очень малый процент людей может переходить в сумеречную зону, и ещё меньше тех, кто может выдержать долгое нахождение в ней.

Завершился учебный день фехтованием. Сегодня мы не брали в руки шпаги. Санчес выдал на теорию и показал несколько уникальных приемов, которые мы будем отрабатывать во время следующей встречи.

Традиционно посетив столовую и отведав недосоленного борща с запеченная форелю и вареным картофелем, я вышел из главного корпуса и вызвонил Жорика, который как обычно ждал в отдельном здании на территории, предназначенном для охранников учащихся в Академии.

— А куда спешим? — вопросительно взглянул на меня Жора, когда мы выходили через проходную.

— А вон туда, — кивнул я в сторону белого лимузина. — Нас уже ждут.

Охрана на пропускном пункте решила видимо проявить бдительность, судя по всему понимая кто нас встречает.

— Показывайте, что в сумке, — строго обратился ко мне один из охраны, седой мужик с грозным взглядом.

— Мне кажется, что это необязательно, — ответил я. — Вы же видете кто нас ждет?

— Вижу, — буркнул он. — Тем более. Правила есть правила. А вот то что вы отказываетесь показать что в сумке, весьма подозрительно.

Седой махнул двум помощникам, и один из них выхватил сумку, а второй потянулся к кинжалу Жорика.

Кажется, назревает конфликт.

Но тут из лимузина вышла Надя.

— Отпустите их немедленно! — возмутилась она. — Иначе вы здесь уже через минуту работать не будете! Понятно говорю⁈

— Ваше высочество, так ведь подозрительно все это. Может быть опасно…

— Опасно будет, если я разозлюсь. Вот это действительно очень опасно, — процедила она. — Даю вам пять секунд…

— Нам все равно нужно проверить… — подал голос один из молодых.

Я услышал четко выраженный звук затрещины. Седой врезал этому деятелю так, что тот аж сморщился от боли.

— Зачем нам их задерживать, если они ваши друзья? Пусть идут себе с миром.

Седой проводил нас испуганно-удивленным взглядом. Насколько я понял, теперь он будет нам кланяться.

— Ну, садитесь быстрее, — махнула нам Надя. Жорик залез в автомобиль охраны, а я запрыгнул в салон, где меня ждала Надя, и мы отправились в сторону моего стрельбища.

Оно находилось в районе Рублевки, как раз по соседству с огороженным элитным поселком, или, как здесь было принято называть, дачами олигархов.

Огромная территория, которую выкупили, застроили и оборудовали под стрельбище бытовики, нанятые Надей, внушала трепет. По центру — стрелковая зона, километр на полкилометра с мощными артефактами-мишенями. Справа — зона отдыха из нескольких гостевых домов с обслуживающим персоналом, садом, беседками, большим бассейном и своей кухней. Слева — зона боевых тренировок на мечах, шпагах и склады, набитые оружием, артефактами, запасными мишенями, а также продовольственными припасами. И, конечно же, соединяющие их выложенные камнем тропинки, асфальтированные дороги, а также иллюминация в виде фонарей под старину, напоминающие своими витиеватыми формами фонари из моего родного мира.