Книга Сумеречный стрелок 8, страница 37 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Вот, — ответил он. — Сто глушилок, сто двадцать боевых, пятьдесят усиленных, пятьдесят два взрывных и ещё тридцать объемного взрыва.

— Просто шикарно! — ответил я. — Раз у тебя начинается бизнес, назначь справедливую цену каждому изделию. А пока держи. За великолепную работу.

Я положил на стол две пачки купюр, которые прихватил из казны.

— Сколько здесь? — оторопел китаец. Впервые он получил такую большую сумму.

— Двадцать тысяч, — бросил я в ответ и дал команду Жорику, который забрал ящик.

Мы покинули мастерскую, оставляя Тао немного растерянным и задумчивым. Уверен, что он и сам подумывал о своей торговой лавке. А теперь осталось только осознать, что я дал ему шанс реализовать мечту.

По пути забрал у плотника заготовки под стрелы. Затем сбил над поместьем пару птиц, собрав с них перья. Лея попила крови и оставила после себя высушенные мумии, вновь проворчав, что птичина — низший сорт.

Зашел к Софье, которая распорядилась выдать мне боевые кристаллы для взрывных и объемно-взрывных стрел.

Чуть позже Жора перенес ящик с наконечниками на стрельбище, и я заперся в бытовом помещении, приступая к сборке. Управился как раз к обеду. Аж взмок, пока смастерил стрелы. Успел сходить в душ, выбрал черный костюм и спустился к столу.

Женихом Кати оказался черноволосый плечистый парень, добродушно улыбающийся и постоянно извиняющийся. Первая черта, которая мне не понравилась в претенденте на руку и сердце моей сестры. Терпеть не могу извиняться, и когда часто это делают, а уж тем более мужики, аж передергивает. Этакое заискивание.

Марина была довольна будущим союзом и общалась с ним больше остальных. Это и выглядело на первый взгляд как победа.

— Извините, граф, я не представился, — вновь раздался бас этого парня. — Граф Николай Проскурин. Мой отец владеет сетью тренировочных лагерей для боевых магов. Мы тренируем магов по авторской программе. В основном это те, кто хочет связать свою жизнь с военным делом. Многие уходят в Эпицентр.

— Очень полезное дело. Рад за вашего отца, — согласился я. — А вы непосредственно чем занимаетесь?

Я заметил, как сестра тоже заинтересованно посмотрела на Николая. Она что, не спрашивала его об этом? Ох уж эти девушки, им бы лишь погадать на ромашке «любит –не любит» и послушать сладкие речи.

Граф немного растерялся, не ожидая такого напора.

— Кхм… Ну я помогаю отцу и возглавляю одну из школ. Так сказать, набираюсь опыта, — он повернулся к Захару. — Извините, а можно плеснуть ещё виски?

Я заскрипел зубами. Опять «извините». Слуге… Да и почему бы самому не протянуть руку и не взять со стола бутылку? Или у них так не принято? Раз есть рядом холоп, значит, пусть работает?

Я искоса изучал этого парня, и он не нравился мне всё больше. Движения слишком резкие. И дело тут не в волнении. Что-то он скрывает.

— Граф, не хотите побеседовать наедине? — предложил я.

— Конечно. С радостью, — согласился Николай и как-то напряженно посмотрел на меня. — А о чем будем разговаривать?

На такой странный вопрос я даже не сразу нашелся, что ответить, чтобы не обидеть. Такое за столом не спрашивают. И ещё — он видел во мне не то чтобы врага, а недруга. Было некомфортно со мной, что ли.

— О свежих новостях Сочи, — улыбнулся я. — Недавно прибыл из столицы и не знаю, что же тут происходит.