Книга Сумеречный стрелок 9, страница 44 – Сергей Карелин, Сергей Харченко

— Подпитывают замораживатели, — объяснил Матвеич. — С их помощью тварей и останавливаем.

— А через шланги передают ману?

— Да, открытое применение магии растапливает лед. Это опасно, — ответил староста.

Я кивнул, что понял, затем взглянул на часы на запястье. Сегодня воскресенье, и уже шестнадцать часов. Надо бы собираться в столицу.

Следует подумать, как выбраться. Хорошенько подумать.

«А что тут думать? — услышал я Лею. — Я прямо сейчас вижу несколько точек перехода. Одна прямо за куполом, снаружи. Надо только старика убедить».

«Опасно, Лея. Ты ж понимаешь. Начнут таять льды — мы все под водой окажемся», — объяснил я.

«Я не собираюсь здесь торчать. Грызть замороженное мясо? Ну уж нет!» — зарычала паучиха.

Она и сейчас о еде думает. Вот же прожорливый питомец мне достался…

«Я всё слышу, между прочим», — ответила Лея.

«Читать чужие мысли нехорошо», — напомнил я паучихе.

«Извини, случайно. Но я не прожорливая», — обиженным голосом буркнула Лея.

«Просто у тебя очень хороший аппетит», — поправился я.

«Вот так лучше, ага», — довольно застрекотала паучиха.

Мы зашли в дом старосты, и он махнул на скамью:

— Будете спать вон там.

— Матвеич, мы, наверное, покинем тебя. Есть срочные дела, — ответил я. — Мне ещё надо друга отыскать. Он в беде.

— Так и чего? Я же сказал, что нельзя использовать магию в открытую, — раздражённо ответил староста. — Иван, ты меня хоть слушаешь⁈

— Кажется, что я знаю, что делать, — улыбнулся я, когда в голове созрел план. — И да — это будет безопасно.

Я ещё раз обмозговал идею под удивленный и недоверчивый взгляд Матвеича. Ну да. Это единственное, что можно сделать в такой непростой ситуации.

— Хм, безопасно, говоришь? — нахмурился Матвеич. — Кажется, ты ничего не понял. Магия жи́вы топит льды. А твоя точка перехода может вызвать магический всплеск. Исключение — лишь магия из замораживателей. Есть у меня умельцы, у которых получилось сделать такие штуки. Кстати, и купол они же изготовили. Он не влияет на льды Арктиды.

— А если точку перехода отделить замораживателями? Создать с их помощью купол, — улыбнулся я, наблюдая растерянность в глазах старосты.

— Хм… Так… А это возможно, кстати, — засуетился Матвеич. — Мне надо поговорить с артефакторами.

Он исчез за куполом. Пока его не было, я услышал гавканье, рычание, птичий клёкот, какой-то писк и ещё какие-то звуки, сливающиеся в единый шум.

А потом понял, откуда это всё доносится. Большое строение, возле которого суетились рабочие.

Я подошёл к одному из них.

— Подскажи, что в этом здании? — спросил я у одного из мужиков,которые возили тачки с кормом.

— Да это ж… питомник, — покосился он на Пал Палыча, который с интересом смотрел в открытые ворота строения. — Наш староста спасает животных и сделал им прибежище. Вот… ухаживаем за ними.

Он пошёл дальше, а я поневоле подошёл к строению и заглянул внутрь. Открытое пространство, множество перегородок, которые образовывали секции. Животные располагались по видам — медведи, волки, какие-то грызуны. Нашлись и птицы — орлы, полярные совы, ещё какие-то белые особи, которых я не видел прежде. Даже заметил пресмыкающихся — больших ящериц с ледяными наростами на шкуре.

— Ну что, Иван, нравится? — раздался довольный голос Матвеича. Он был слегка запыхавшийся. — Это моя гордость. Звери, которых я спас от стужи.