Книга Ярость Тёмного, страница 82 – Сергей Харченко

— Мы пришли с миром, — ответил я после трапезы, нацепив добродушную улыбку. — Мужик, а есть тут поблизости деревня? Обитают здесь еще люди?

Он вздохнул, покачал головой, поднялся. И, ни слова не говоря, пошел к выходу. Уже в дверях он махнул нам рукой.

Через минут десять тропинка вывела нас на открытую местность. Я увидел несколько десятков изб. В некоторых горел свет. У ближайшего дома грызлись между собой сторожевые псы.

Отшельник не пошел дальше. Просто развернулся и исчез в зарослях.

Как только мы подошли к ближайшим избам, нам навстречу вышел седой старикашка. Он опирался на кривой посох и встречал нас тонкой улыбкой. Слегка горбатый, лицо испещрено глубокими морщинами, одетый в хламиду грязно-белого цвета. А на голове — что-то вроде пожеванного тюрбана.

— Добрые люди, как мы рады вас видеть, — проскрипел он и пригласил в просторный дом, где за большим длинным столом сидели местные жители. И все в одинаковых серых хламидах. Секта? — Прошу, проходите. Вы, наверное, голодны с дороги. Не так уж часто мы говорим с людьми из внешнего мира.

Рукой старичок показал нам на свободное место с краю скамьи.

Я почувствовал, будто кто-то пытается влезть в мой мозг, и окинул взглядом всех собравшихся. Может, показалось?

Кто-то опустил в глаза в тарелку и хлебал прозрачный бульон, кто-то только готовился к трапезе. Но большинство сидело и в страхе косилось на нас, будто мы инопланетяне.

Я устроился рядом с беременной женщиной, и та дернулась от меня в сторону, зашептав себе под нос какую-то скороговорку. Во попали.

— Не бойтесь, друзья, эти люди не причинят нам вреда, — прошамкал старик. — Так какие новости?

— Вы разве не знаете, что творится в мире? — ответил я, когда он устроился во главе стола на большом плетеном кресле-троне.

— Я знаю, что ты, — его палец с длинным крючковатым ногтем указал на меня, — тёмный.

Все-таки весточки с полей прилетают к нему. Не такие уж они изолированные. Тогда к чему этот спектакль?

— Остальное ведомо лишь великому Спруту, — добавил старик.

— Спруту? — переглянулся я с Элен.

— Да, именно ему. Иначе и быть не может, — ответил старик. — Ведь только великий Спрут может указать всем нам истинный путь.

— И часто к вам приходит… этот ваш спрут? — спросила Элен, пытаясь попробовать бульон, но я толкнул ее бедром, и она положила ложку на место.

— Он не приходит… — важно проговорил старик. — Мы осмеливаемся его иногда тревожить. Но… попусту тревожить древних богов, значит разгневать их. Вы понимаете, о чем я?

— О, да. Богов тревожить нехорошо. Особенно Древних, — закивал я, замечая опасный блеск в его глазах. Хочешь не попасть под замес психов, стань таким же на время.

Я толкнул еще раз под столом Элен, чтоб она тоже отреагировала. На что получил очень болезненный щипок.

— Тревожить очень нехорошо, да, — ответила она.

— Я понимаю… Вы ничего не знаете о Древних. Но всему свое время, — ответил старик и сложил костлявые руки в молитве.

За ним повторили и остальные сидящие за столом.

Надо уходить отсюда, продолжать свой путь. Всё это очень странно. Старик будто ждал нас. И тот махающий головой отшельник, который нехотя нас сопроводил сюда.

— А сейчас будь благословен тот путь, — продолжил старик, — которым проплыл Великий Спрут. Спасибо ему за то, что подарил нам пищу и кров.