Онлайн книга «Это кто переродился? Книга 3»
|
— Боря… — А я принц Василий Олафович. Ты прости меня, Борька, за все… Я ж так, шуткую. Знаешь, как тут скучно? В этих стенах, где только одни подпевалы? — Нет… — А я, да. Пошли, найдем мой мячик. И взяв его за плечо, Парень повел его в ту сторону, куда улетел мяч. Эту прогулку Борис потом всю жизнь вспоминал с содроганием — он всю дорогу смотрел на шпагу, которую принц нес в руке. Лезвие еще было красным от крови. Мяч они нашли. Он лежал рядом с беседкой, в которой кто-то сидел с книгой в руках. Кажется, это была женщина и, судя по закрытым глазам, она спала. Усевшись с Борей на корточки принц зашептал: — Вон он мой мяч. Так уж и быть, Борька — разрешаю тебе забрать его, но… — и он поднял палец. — Ты сделаешь кое-что и для меня, хорошо? Помнишь платок, который я тебе дал? — Угу… — Вот. Услуга за услугу. У той дамы моя рогатка. Возьмешь ее незаметно, и тогда сможешь забрать мой мяч себе. Идет? Услышав это, Борю буквально водой окатили. Он хотел было сказать «нет!», но снова поглядев на его шпагу, кивнул. — Молоток! А ты не дурак, Борька, пусть и хам! Давай, одна нога здесь другая там, а я тебя тут подожду… И улыбаясь, он уселся на траву. — Ты как возьмешь мяч, пни его ко мне. Покараулю. Я сегодня добрый. Сглотнув, Боря потрусил к мячу и всю дорогу думал, как правильно взять его — зубами или уже можно руками?.. Потом всю жизнь Борис корил себя за то, что был таким жалким… Хотя, что он мог сделать? Не подчинись он, принц точно заколол бы его как свинью, а потом бы сказал, мол, Боря хотел убить его этим мячом… Брать он мяч не стал, а только пнул в сторону принца. Убедившись, что мяч благополучно оказался у него в руках, а не, например, попал по носу, Боря опустился на корточки и принялся красться. Женщина сидела на лавочке, не двигаясь. Она была уже пожилой, но все еще сохраняла прямо-таки царскую стать. Боря аж залюбовался ей — очень не хотелось беспокоить ее, но другого варианта принц ему не оставил. Рогатка лежала рядом с ее ладонью. Только руку протяни… И Борис почти схватил ее, как женщина дернулась и открыла глаза. Этот взгляд не раз потом приходил к нему во сне. И вот… сейчас…. Спустя столько лет… * * * Этого взгляда он потом не видел ни на одном портрете, а камера никогда не подъезжала к Королеве достаточно близко, чтобы заснять цвет ее глаз. Борис считал себя одним из немногих, кто знает эту тайну. — Не может быть, — бурчал Борис, сидя в опустевшем баре. — Хрен с ним с Иваном-бастардом и Марьяной-принцессой, но ОНА⁈ На часах была почти полночь. Последние посетители уползали по домам, а эти двое упрямо кого-то ждали. Из оцепенения Бориса вырвал звон колокольчика — в бар зашел запоздалый посетитель. Был он высок, носил длинный плащ и, как ни странно, глубокий капюшон, поверх которого лежала шляпа. Он явно желал быть незаметным, и от это было ОЧЕНЬ заметно. Оглядевшись, странный тип направился не к стойке и не к телевизору, а — кто бы сомневался? — к странной парочке. Женщина тут же подняла на него глаза. Губы под бинтами сложились в улыбку. — Вот и ты, — сказала она, пододвинув ему стул, а еще кружку пива, к которому так и не притронулась. — А ты изменился… Нет, ни слова! Пей, а потом дело. Тип уселся за стол, но шляпу снимать отчего-то не стал. Когда он выпил половину кружки, женщина оглянулась — и посмотрела прямо на Бориса. |