Книга Это кто переродился? Трилогия, страница 64 – Сириус Дрейк, Александр Артемов

И Ваня снова вытянул руку — прутья забора мешали, больно впивались в кожу, но он все равно пытался дотянуться.

На лужайке, окруженной деревьями, сидели люди. Его бабушка, дед, отец и мама в длинном шелковом платье. Вокруг бегали детишки. Среди них была Марьяна.

— Мама, я здесь! — и он попытался протиснуться, но нет — прутья стали только уже. — Мама!

— Кто там кричит⁈ — и его отец посмотрел прямо на Ваню. — Что это за ребенок? Вы знаете его?

Все покачали головами.

— Какой-то простолюдин, — фыркнула Марьяна. — Мама, пойдем!

— Ваня, дай руку! — сказала мама, к ней подбежал какой-то незнакомый мальчик. Показав Ване язык, он крепко взял ее за руку.

Вся семья направилась прочь — в сторону дворца, что виднелся среди деревьев. Из открытых окон доносилась веселая музыка и запах выпечки.

Зарыдав, Ваня забился о прутья.

— Мама! Ма-а-ама!

Тут сзади послышалось рычание, и зареванный мальчик обернулся. Позади стояли рычащие собаки с головами как у ящериц. За поводки их держал какой-то тип — и у него было ЕГО лицо.

— Так-так-так… И кто у нас здесь? Ваня Обухов, да?

— Ты⁈

— Конечно, я, — и этот тип улыбнулся. Во рту были острые клыки. — И твое тело принадлежит мне!

Он отпустил поводки. Взревев, псы-ящеры кинулись вперед.

* * *

— Может, выломать дверь? Пафнутий, где у нас монтировка?

— Ты с дуба рухнул, Бонифаций? Что я потом скажу Марципанию? Что какой-то дурень заперся в страх-комнате, и мы ломали ценнейший артефакт монтировкой? Да и не сломаем мы эту дверь! Сам знаешь, откуда она!

— А что ты предлагаешь делать⁈ Ну, не бросать же его там! Нет, я все же схожу за монтировкой…

Не успел маг уйти, как запахло дымом. Вдруг дверь затрещала, а потом на пол посыпались искры. Оба мага вылупились на нее.

— Зараза! Бонифаций! Быстрее за монтировкой!!!

Но тут изнутри что-то грохнуло, а дверь открылась сама собой. Во все стороны пыхнуло дымом.

— Все назад! — и маги с испытуемыми попятились. Дым быстро заволок помещение.

Среди клубов показался силуэт.

— Мне показалось, или вы стучались?

И это был Иван Обухов. Живой и здоровый.

— Я прошел? — спросил он, часто моргая. — Или еще сидеть?

— Нет, вы прошли…

— Отлично, — фыркнул парень, порывшись в карманах. А затем грустно вздохнул и направился на выход.

За ним потянулись остальные. Ни один не уходил, пока этот странный парень находился внутри.

— Эй, парень. Это было классно… Я, блин, еле там высидел! Как тебе удалось?

Вся толпа быстро покинула помещение, и вместо них в комнату зашел мужчина в мантии.

— Ну-с, и какой результат? — спросил Вергилий, подходя к двум судьям. — Я гляжу, одна из страх-комнат перетрудилась?

— Ничего не понимаем! Он просто сидел там и все!

Вергилий же молча вытащил список и пробежался глазами. Дойдя до нужной фамилии, он пригладил бороду.

— Обухов, говорите?..

После всех этих картин мое настроение окончательно испортилось. Думаю, в свое время мы с Дарьей перестарались: страх-комната работала даже слишком хорошо.

По итогу толпа испытуемых уменьшилась ровно втрое.

— А ты что там видел? Серьезно, слизней? Какая гадость!

— Блин, думаю, этой ночью я не усну…

— Никогда бы не подумал, что я до одури боюсь клоунов… Бррр!

Под их непрекращающуюся болтовню мы шли по коридорам на звуки музыки. Марьяна молчала. Видок у нее тоже был не самый веселый.