Книга Я еще барон. Книга #3, страница 88 – Сириус Дрейк

И то верно. Однако недооценивать этих аристократов тоже не стоило. Сильных магов здесь много, но вот сколько? Надо бы узнать завтра у Островского, если сегодня все будет тихо.

В кармане зазвонил телефон. Неизвестный номер. Лора молчит.

— Слушаю…

— Кузнецов Михаил Викторович, барон? — спросил строгий голос. Явно из жандармерии.

— Верно. С кем имею честь?

— Помощник следователя по делам аристократов Имперской канцелярии, Яков Никитович Кожедуб.

— Очень приятно, Яков Никитович. — Вежливость из меня так и перла. Наверное, проголодался. — Чем обязан?

— Только что посмотрели ваше выступление и получили звонок из жандармерии. Вам необходимо явиться в отдел для дачи показаний и подписать несколько бумаг, — строго сказал он.

— Приеду, как буду уверен, что моему дому ничего не угрожает, — спокойно ответил я.

— Это не обсуждается, Михаил Викторович!

Похоже, этот помощник следователя пытается выслужиться и показать, кто тут главный. Думал, я испугаюсь и тут же примчусь? А не охренел ли он⁈

— Помощник, я, кажется, вполне внятно донес: приеду, как только буду уверен, что моему дому и семье ничего не угрожает, — с нажимом сказал я. — Вы уже схватили графа? Он под стражей?

— Нет… — слегка замешкался Кожедуб.

— Тогда кто дал вам основание приказывать барону?

Лора уже успела выдать мне список моих прав и обязанностей, и, исходя из этого перечня, требование явиться в отдел канцелярии было лишь прихотью помощника следователя, и ничем другим.

— Нет, вам никто не приказывает. — Он быстро взял себя в руки. — Этого требует регламент для дальнейшего расследования.

— Я представил вам стопроцентные доказательства против графа. — Я начал злиться. — Если вы отказываете в возбуждении дела из-за каких-то бумажек, придется мне поговорить с вашим начальством.

На том конце трубки повисла тишина. Походу помощник следователя Кожедуб слегка офигел от того, как разговаривают с представителем власти.

— Вы зарываетесь, барон! — сказал Кожедуб. — Советую вам сменить тон.

— А не то что? — еще больше разозлился я. — Послушай, Кожедуб, ты, кажется, кое-чего не понимаешь? У вас есть доказательства, что граф употребляет наркотики? Так не желаешь разузнать, где он их достал и у кого? Узнать имена его друзей? Ты этим не сильно хочешь заниматься? Решил достать меня, чтобы я по твоему первому зову примчался? — Я сделал глубокий вдох. — Я буду у себя в имении. Адрес, думаю, ты найдешь. Если надо подписать бумаги, приезжай сам. У меня дела поважнее!

И да, мне было известно, что и без подписи жандармерия должна расследовать дело о наркотиках. Канцелярия занималась более серьезной работой.

На основе доказательств, которые им предоставит жандармерия, они должны проверить графа сверху донизу. Прочесать его документацию, все счета, что куда и откуда поступало. Все ли у него законно и учтено. И если они найдут несостыковки, то граф пойдет по этапу. Далеко и надолго.

А все из-за того, что граф возомнил о себе невесть что. Эх, не зря мы с Лорой корпели в библиотеках!

Подпись им нужна исключительно для сверки. Она не несла никакой особой юридической ценности. Грубо говоря, что она есть, что ее нет. Расследование будет идти.

— До свидания, Михаил Викторович, — сквозь зубы сказал Кожедуб и положил трубку.