Книга Я уже граф. Книга #7, страница 127 – Сириус Дрейк

Управление случайностью. По словам Лоры, это как каждый раз бросать кубик, и всегда будет выпадать цифра шесть. Фанеров мог подстроить лучший вариант событий.

Очень сложная и опасная способность. Но она распространялась только на того, кого можно видеть. Это я понял, когда он ловил Болванчика голыми руками, даже не глядя. Везение? Нет, уникальная предрасположенность.

Посейдона он не видел, иначе смог бы отбить серию атак, потому что в ней непосредственно участвовал и мой водяной.

Когда же Фанеров проткнул меня, Посейдон подвинул органы так, что лезвие прошло насквозь, не задев ни одной жизненно важной области, параллельно максимально быстро регенерируя рану. При этом тратилась колоссальная часть энергии. Все же меч Фанерова тоже не простой.

Болванчик зафиксировал клинок, чтобы Женя не начал дергаться и не рвал рану еще больше.

И все же кровь шла. Немного, но Посейдону хватило, чтобы использовать ее и сковать вторую руку Жени у бедра, буквально заковав его в кандалы.

Осталось только не жалеть костяшек. Но и тут не все так просто. Он активировал энергию на полную мощь, отчего наши с ним ментальные тела вступили в резонанс, причиняя нам обоим неимоверную душевную боль. Лора не смогла отключить менталку, только вырубила физические ощущения. И все же мне удавалось наносить усиленные удары в лицо Фанерова.

— Если он отключится, то боль пройдет! — кричала Лора, стараясь заглушить крики моих питомцев, которые тоже делили со мной страдания. Хоть и непроизвольно.

И все-таки я умудрился потерять сознание.

* * *

Когда Лора с Посейдоном привели меня в чувство, я стоял на своих двух, держа руку Жени с мечом у себя в животе, а мой соперник…

Он тоже держался ногах. Вот только голова была запрокинута, и меня не било его энергией.

— Что произошло? — я не смог даже рта открыть, выходили только мысленные команды.

— Не могу сказать, что случилось раньше, — ответила Лора. — Или он потерял сознание от истощения, или от ударов, которые ты наносил, даже когда сам отключился. Могу сказать одно, ты победил!

Трибуны стадиона.

В последние секунды битвы, зрители затаили дыхание. Даже немногочисленные дети наблюдали за схваткой как загипнотизированные. И ведущий потерял дар речи, когда меч Фанерова пронзил соперника. До последней секунды боя раздавались только звуки ударов кулаков.

Когда же один из соперников обмяк и повис на руке у второго, до всех дошло, что потрясающий бой окончен. Но никто не издал ни звука. Все боялись спугнуть волшебное мгновение.

Первые хлопки раздались у выхода на арену. Не жалел своих ладоней Белозеров Василий Клавдиевич. Затем с трибуны его поддержал Асая Рей. И вскоре аплодисменты захватили всю арену. Гул только нарастал.

— Дамы и господа! Что за бой! Что за чудный бой! У нас есть победитель! — наконец, пришел в себя ведущий.

* * *

Как изменилось мое отношение к Жене Фанерову после финала? Однозначно в положительную сторону. А что, хороший парень!

Лора сказала, что без сознания я был буквально несколько секунд, но они с Посейдоном удержали меня на ногах, да и Фанерова тоже. Постепенно в глазах перестали мелькать искры, возвращался слух. Во рту ощущался металлический привкус крови.

Наконец, до ушей докатились аплодисменты. Шум нарастал, а голова начинала сильнее гудеть.