Книга Я снова не князь! Книга #17, страница 117 – Сириус Дрейк

Нахимов и Кутузов удивленно посмотрели на меня, так что пришлось их немного успокоить.

— Это личное…

Романов встал со стула и молча направился к дверям за троном.

— Пошли, Кузнецов, посекретничаем, — он повернулся и кивнул Кутузову с Нахимовым. — А потом можно и по пивку…

— И что за вопрос у тебя, Михаил? — произнес Романов, как только за нами закрылась дверь в отдельную комнату.

— Кто такая Любавка? — сразу в лоб спросил я.

Петр на секунду замер, будто увидел призрака. Затем прошел к потрепанному старому дивану и сел, закинув ноги.

Я же удивился, откуда у царя такой старый диван?

— Любавка, значит… — произнес Петр. — Давно я о ней не слышал. Думал, померла… Она такая же… маленькая? — он слегка улыбнулся.

— Да, любит шить разные наряды.

— Надо же… — он явно вспоминал что-то хорошее. — Прости, тогда я не могу тебе о ней рассказать. Она сама тебе все откроет, когда посчитает нужным.

— Да ё-мае! — топнула ногой Лора. — Почему все так любят загадки? Неужели нельзя просто ответить?

— Она теперь мой питомец, — сказал я. — Но до этого принадлежала Владимиру. Как такое возможно? Она же была его питомцем.

— Да. Была, — кивнул царь.

Он явно не хотел продолжать эту тему. Ну ладно. Об этом я и сам могу узнать. Но сейчас не он самый важный.

— Когда Кутузова подбили в Дикой Зоне, я нашел его на алтаре, — продолжил я. — Из него хотели сделать помощника хаоса?

— Да.

— Тогда почему алтарь оставили без защиты?

— Я там не был, Михаил, но на сколько мне известно, в тот момент случился прорыв, и он вполне мог просто пропасть. Да и ты получил свое племя…как ты их называешь? Угольки?

— Ага.

— Ну вот. Они вполне могли быть защитниками алтаря, — пожал плечами царь.

Не такого разговора я ожидал. Но все же хоть что-то.

— Я хочу обучиться магии хаоса и порядка.

Попробуем зайти с этой стороны. Судя по всему, мне это вполне под силу.

— Исключено, — Петр встал и прошел к своему столу. — Не хватало мне еще одного Саши Есенина. Сам же видел, что с ним. Это все от двух противоборствующих предрасположенностей.

— Да, но я не Саша Есенин. Это, конечно, глупо — так говорить, но я справлюсь. Более чем уверен.

Петр глубоко вздохнул, встал и прошел за выцветший стол.

— Видишь ли, Миша, давай на чистоту. Это не обычная магия, как у Кутузова или Нахимова, или у остальных Есениных. Это что-то вроде дара богов… Этой магией не должны владеть люди. Сам видишь, что она делает с ними.

— Я правильно понял, что магия порядка тоже не просто так появилась? Откуда она?

— Пока никто точно не знает. Но есть предположение, что это другое божество, — пояснил Петр и достал папку с надписью «Секретно». — Вот, это по портальщикам. Тут все, что тебе необходимо знать.

— Н-да… Ловко в уходите от ответов, — не в обиду Романову сказал я. — Расскажите хоть что-нибудь про моего предка, Владимира?

— Он был, как это сейчас можно говорить, крутым мужиком, — у царя опять вылезла легкая улыбка, вот только в глазах сквозила грусть. — А как он пил… Как вспомню, так вздрогну.

— Я думал он зожник, — но это и впрямь было удивительно услышать.

— Ага, — хмыкнул Петр. — И Пушкин, и Людка с Лермонтовым, да даже Чехов с его невосприимчивостью и близко не стояли.

— А вы? — ухмыльнулся я.

— У меня непереносимость крепкого алкоголя, — пояснил царь. — Досталось от матери.