Книга Я все еще князь. Книга #21, страница 119 – Сириус Дрейк

Больше всего я переживал за османов. Но и у них, судя по всему, дела идут хорошо. Деревенские познакомили их с таким понятием, как приготовление солений на зиму. И теперь, все дружно, собравшись на внутреннем дворе главы деревни, закатывали огурцы и помидоры.

После зарядки я спустился вниз. Маша уже пила кофе. Рядом с ней на столе сидел голубь Геннадий и клевал из миски. Должен сказать, что за время пребывания рядом с Валерой он неплохо поднабрал.

— Ну что, есть новости из дома? — первым делом спросила Маша. — Я не решалась позвонить без тебя.

— Да, все хорошо, — кивнул я, садясь напротив. — Надя дома. Трофим с Марусей устранили все следы и исполнителей.

— А кто заказчик? — она поставила передо мной тарелку с яичницей и бутерброды с кофе.

— Сынки Леонтьева и Меладзе.

Маша закатила глаза.

— Н-да… — это было все, что она выдала.

Дверь во двор распахнулась и залетел Валера. Как всегда, потный и вонючий.

— Так! — воскликнула Маша. — Только попробуй сесть за стол в таком виде!

— Э! Как ты разговариваешь с королем⁈ — прогремел Валера, но остановился на пороге. — Будь моя воля, я бы стер эту планету щелчком пальцев! Я двигал миры на одном месте! И ты мне говоришь, что я не могу после отличной тренировки сесть и поесть?

— Да, не можешь! — пропустив мимо ушей его пафосный монолог, сказала Маша. — Помойся, а потом приходи!

— А как же углеводное окно⁈ Его надо сразу закрывать! — попробовал зайти с другой стороны Валера. Кажется, его тактика запугивания не прокатила.

— Пятнадцать минут у тебя есть.

— Но…

Маша постучала пальцами по часам:

— Время уходит! Твое углеводное окно скоро закроется.

— Да гадство! — топнул он ногой как обиженный ребенок и побежал наверх.

За время во внутреннем хранилище Валера сильно подобрел. Может, на первый взгляд так и не скажешь, но он стал более сентиментальным. Хотя его брутальность никуда не пропала. Он так же все громит и по-хамски себя ведет. Однако уже идет на уступки, и это радует.

— Как же так? Разрушителя галактик, и так отчитывать! — вздохнул я, улыбаясь своей отважной жене.

— Да хоть уничтожитель, хоть голубь, хоть уборщик, — по-деловому ответила Маша. — Надо уважать остальных. Особенно беременных.

Через десять минут вернулся Валера весь помытый и в рубашке.

— Ого! Похвально! Вот это я понимаю, настоящий разрушитель вселенных, — похвалила его Маша.

Валера аж расцвел, расправил грудь, поднял подбородок.

— Ну все, жених! — улыбнулась Лора.

Через несколько минут к нам присоединилась Алиса. Вот уж кто был помятым с утра, так это она.

— Всем доброе утро! — поприветствовала она нас.

— Доброе!

Футболка на ее животе вздыбилась. Кажется, пасть тоже зевнула.

— Ну, Миша, — села Алиса за стол и пододвинула мои бутерброды. — Сегодня у тебя важный день!

— Есть такое…

— А знаешь что, — прищурилась она. — Я сегодня тоже приглашена в Кремль, как гость от дома моды графини Виктории Кантемировой-Пожарской. Как ведущая модель!

— Ого! Неожиданно! — удивился я. — Тогда, поедем все вместе?

— Не, — покачала она головой, — Я приеду туда с графиней только к началу награждения.

Вот оно что. Тогда все ясно. Для начала мне предстоит пройти юридическую часть. Насколько мне объяснила Надя, когда я был еще в Широково, надо подписать ряд документов касательно и Сахалина, и медалей, и званий, и всего прочего. Помимо меня есть и другие аристократы, которые удостоились награждений. Хоть большая часть и такая значимая, но государству нужны отличившиеся люди, чтобы у народа были примеры для подражания.