Книга Я не царь. Книга #24, страница 75 – Сириус Дрейк

Выглядел он, мягко сказать, жалко. Опустившись на корточки, я воткнул перед его ногами Ерх и родовой меч в пол.

— Боишься меня?

— Кузнецов… Ты хоть понимаешь, что творишь? — закричал он. — Мой отец объявил тебе войну, не я. С ним и разбирайся.

— Забавно… Именно из-за твоих действий эта война и началась. Ты так не думаешь? Или ты думал, что я не узнаю? Или ты думал, что я забуду?

— Послушай, я не то имел в виду! Ты вообще никак не должен был фигурировать в этой битве! — немного осмелел он.

— Звони отцу, — я встал, подошел к окну и посмотрел на улицу.

— И что ему сказать?

— Все как есть.

На улице действующих солдат почти не было. Угольки, Кицуня и Любавка бегали по территории и нередко слышались взрывы и крики людей. Тари же уничтожала всю технику в округе.

— Скоро сюда приедут еще солдаты, — сказала Лора.

— Не сомневаюсь, — и посмотрел на Баскакова. — Как думаешь, твой отец сильно разозлится, если получит палец сына по почте?

Коля начал отчаянно набирать номер отца.

* * *

Поместье рода Карамурзиных.

Недалеко от Екатеринбурга.

Дмитрий Романович Карамурзин находился в оружейной. Он смотрел на родовой меч, который по наследству переходил от отца к сыну. Именно им сражался его отец бок о бок с Владимиром Кузнецовым.

Еще в детстве, когда они с отцом тренировались и тот показывал ему фокусы и разные интересные заклинания, Дмитрий запомнил один момент. Когда они пошли в поход, отец подвел его к огромному валуну.

— Дима, видишь этот камень?

— Да, папа, — кивнул маленький паренек.

— А теперь смотри.

Он достал меч и тот вспыхнул ярким пламенем. Сделав быстрое движение, отец прочертил на валуне прямую линию и убрал меч в ножны.

— Ну как? — улыбнулся тот.

— Ты же просто порезал камень, пап… — не понял фокуса маленький Дима.

— Как порезал… — удивился Карамурзин-старший и, подойдя к валуну, толкнул верхнюю часть. Та плавно поехала вбок и с оглушительным грохотом упала.

Как сейчас Дмитрий помнил, какой гладкой была поверхность среза. Такого он в жизни не видел.

И много лет спустя, тренируясь и оттачивая свои навыки, он пробовал повторить тот же прием. Но до такого мастерства ему еще было далеко. Сколько бы камней он не разрезал.

В другом углу стояла та самая половина булыжника, размером как два автомобиля. Это служило для князя напоминанием, что пока еще слишком рано уходить на покой и отращивать живот.

— Господин, — в дверях появился дворецкий. — Лазурный особняк перестал выходить на связь.

— Там же мой сын? — спокойно спросил Карамурзин.

— Да, господин.

— Что ж… Собирайте солдат. Выдвигаемся через час.

Как только дворецкий ушел, Карамурзин снял с держателей меч и погладил по рукояти.

Но тут раздался хлопок и свет замерцал в помещении.

Князь не испугался и принял боевую стойку, думая, что напал Кузнецов, но нет.

Камень, который разрубил когда-то его отец, был разломан, и среди его остатков он увидел алтарь, а на нем сидела та самая женщина с ребенком. С ними находился кто-то еще. Но из-за пыли было не разглядеть.

— Соскучился по мне, князь? — спрыгнув, женщина вышла в свет. — Еще не решился использовать мой подарок?

— Пока не вижу смысла.

Поняв, что никакой опасности нет, князь убрал меч в ножны.

— Замечательно, — кивнула она. — Я перестраховалась и решила тебе помочь.