Книга Я уже царь. Книга #29, страница 104 – Сириус Дрейк

— Что ты, тебя мне за глаза хватает.

— То есть, хочешь сказать, меня много в твоей жизни?

— Да что с тобой? Ты же знаешь, что нет. Все нормально.

Но как бы мне сейчас не хотелось отдыхать, были еще дела. Для начала, надо сообщить Есенину Саше, что я смог, я справился, я молодец. Но все же оставался осадочек, что финальную точку поставил Петр Первый. Точнее, его клон.

— Как думаешь? Зачем? Разве он не в тандеме с божествами? И если он предатель, то что будет сейчас в стране?

— Хороший вопрос, — хмыкнула Лора. — Но у меня мало информации про этого Пастуха. Пока у меня такие выводы. Небесный Пастух хотел использовать Исаака, чтобы впихнуть свое сознание и действовать напрямую. Но раз это божество, я делаю скидку на то, что он не такой уж и тупой и не будет полностью переселяться в человека, хоть и достаточно сильного. Тогда я предполагаю, что он действует, примерно так же, как я с Евой. То есть может быть и там и тут. Но это не точная информация. Возможно, он потратил на это много сил, так как сам ритуал был достаточно долгим и трудным.

— И что? Его влияние упадет?

— Да, — уверенно сказала она. — Это точно не останется для него безболезненным уроком. Возможно, влияние на последователей упадет, а, возможно, перестанет распространяться вообще. Или он плюнет на все и оставит все хаосу. Который, кстати, держится хоть и в тени, но свою работу знает.

— С чем я его, блин, и поздравляю, — выдохнул я.

Машина, тем временем, приехала к порталу. Сил у меня по-прежнему не было, так что я сел на пассажирское кресло и меня с двух сторон подперли мои спутницы жизни.

— Дом, милый дом, — пробубнил Трофим, заезжая в портал.

В Московском поместье была какая-то неразбериха. Бегали солдаты. Кто-то что-то перевозил. В общем движуха.

— Ого, — удивилась Маруся.

— Пойду, спрошу, чего кого там случилось, — сказал Трофим, приглушив мотор.

Болванчик показал, что князь Есенин, Люся, Чехов и Лермонтов сидят в гостиной с Богданом и мирно пьют чай перед телевизором. Кажется, смотрят какую-то мелодраму.

— Не буду выходить, — произнес я, когда увидел всю картину.

Наверное, больше всего мне жалко графа Бердышева. Бедолага и вправду отдувался за меня и практически переехал в мое поместье.

— Говорят, случилось какое-то небольшое нападение, — Трофим вернулся в машину и завел мотор. — Пришли за Лермонтовым. Наверняка люди Петра Первого.

— Наверняка, — кивнул я и представил, как сильно поседел граф Бердышев. — Погоди, давай заберем их…

Через Болванчика попросил всех присутствующих в гостиной спуститься в подвал, кроме Богдана и Чехова. Помню, что тот не хотел уходить из-за больных.

Через пять минут в машине стояли четыре человека. Все же Чехов спустился, чтобы проводить остальных

Мне же пришлось вылезти, чтобы поздороваться и пригласить в машину.

— Ты неважно выглядишь, — хмыкнул Чехов и положил руку мне на плечо. — Ого! Ты чего, парень, так сильно вымотался! Сколько у тебя… — он замолк, продолжая сканировать. — Ты как вообще еще держишься?

— С помощью силы воображения, — попытался пошутить я, но вышло так себе. Посмеялась только Лора, но она меня всегда поддерживала.

— Итак, для понимания. Я отсрочил приход Небесного Пастуха и, кажется, спас Исаака. Он вон там, — тяжело махнул я рукой в сторону металлического саркофага.