Книга Я уже царь. Книга #29, страница 59 – Сириус Дрейк

Он не успел даже договорить, как солдаты вытащили штык-ножи и бросились на врагов в рукопашную.

— Ого! Аж дух захватывает! — Камушкин услышал смех Есенина, но уже за спинами всех остальных. — Но у нас нет времени с вами играть в игры.

Петр Первый среагировал первый. Развернувшись, выпустил ауру и вместе с ней сотни тонких светящихся щупалец, которые моментально разрезали автомобиль на мелкие кусочки.

— Лишние зрители нам не нужны! — улыбнулся царь и, расставив руки, выпустил огромное количество нитей.

Камушкин даже зажмурился от неожиданности и осознания скорой смерти. Но прошла секунда и ничего не произошло.

Он открыл глаз и увидел, что князь Кузнецов стоит с вытянутыми руками. А Александр Есенин и Петр Первый находятся внутри едва заметного купола. Именно в него и врезались все смертоносные нити.

— Передайте вашему генералу, что я вас только что спас! От вашего царя! На минуточку! — ухмыльнулся Кузнецов.

Камушкин, да и все остальные, замерли у купола, наблюдая удивительное событие.

Есенин, которого должны были пронзить атаки царя, стоял, как ни в чем не бывало.

— Упс, — ухмыльнулся Петр Первый. — Не ожидал, что ты лично придешь за мной.

— Кончай ломать комедию, — моментально став серьезным, сказал Есенин. — Где остальные?

— Кто? — развел руками Петр. — Не понимаю, о чем ты.

Есенин же без каких-либо движений, выпустил странную ауру. Сперва сотни мелких нитей начали втягиваться в тело Александра, а потом, словно магнитом, втянулись и Петра, как бы тот ни сопротивлялся.

Есенин в последнее мгновение схватил его за шею.

— Ты не настоящий, — произнес он. — И это не вопрос. Где остальные?

На лице Петра появилась блаженная улыбка.

— Ты серьезно думаешь, что я раскрою остальные тела?

— Конечно нет, — сухо ответил Есенин и положил вторую руку ему на лицо.

Камушкин смотрел на это и понимал, что, скорее всего, их не оставят в живых. Слишком много он слышал о Есенине. И слишком много о Кузнецове. Второй вообще убивал практически всех, кто вступал с ним в конфликты. За редким исключением, и что-то подсказывало военному, что это не тот случай.

Тело царя начало терять форму и превращаться в какой-то пустой мешок из кожи. Как будто из него убрали все внутренности.

— Ну вот и все, — вздохнул Есенин.

Защитный купол исчез и Александр подошел к Кузнецову.

— Держи, — протянул он тело бывшего царя. — Как ты и просил, целое и невредимое. Девственно чистое!

— Из твоих уст это звучит как то… мэ, — скривился Кузнецов.

И оба, как ни в чем небывало, развернулись и пошли к выходу.

— Вы убили царя? — произнес один из солдат.

— Что? — повернулся Михаил. — А, нет, не переживайте. Это был клон. Все убытки я возмещу. Вы хорошие солдаты! Так держать! — и показал большой палец.

Камушкин понимал, что им просто не справиться с этой всепоглощающей силой двух магов.

Последнее, что он услышал, как Есенин сказал:

— И все же, где тот связной…

* * *

В машине, по дороге в аэродром.

Ранее.

— Так, Саша, я говорил с Сергеем Михайловичем, он настоятельно просил, никого из персонала аэродрома не убивать, — начал я объяснять ему план.

— Разве у нас задание не скрытное? — удивился тот.

— Скрытное, — кивнул я. — Связной Борщевиков будет ждать нас у забора у выезда с дороги. Там мы через грузовые ворота проникнем вместе с техникой на территорию, и оттуда этот самый Борщевиков доставит нас в нужный ангар. Там будет стоять самолет. Судя по всему, в него и погрузят все тела.