Книга Я еще царь. Книга #30, страница 40 – Сириус Дрейк

— Ля ты посмотри какой… — зашипела Лора. — Своего сыночку-корзиночку бережет, как зеницу ока! — она встала перед Есениным вплотную. — Может, надо было его воспитывать лучше? А то у пацана явно была нехватка внимания со стороны родителей! Вот он и бегал по миру, крича, что он сильнейший! Докричался.

Тут уже и Толстой к нам подкрался и без предупреждения схватил меня на руки и сильно обнял, что аж кости захрустели.

— Мишенька! Как давно я тебя не видел! Ух, какой здоровый стал! Дай я на тебя посмотрю! — он взял меня под мышки, и как куклу покрутил на вытянутых руках.

Н-да, силы ему не занимать. Хотя Лев Николаевич больше напоминал мне доброго медведя.

— И вам, здравствуйте, — улыбнулся я, когда меня поставили. Лора немного подлечила мне бока.

— Ох, ну ты посмотри на этого скромного молодого человека! — продолжал он. — И царем стал! Аж целый Сахалин себе отхватил! Так еще и Петра нашего Романова спас, и Саше не дал умереть! Ну обалдеть!

Но краем взгляда я заметил, как Сергей Александрович слегка поморщился. И тут я его понимал. Его сын был в коме. А Толстой веселится и хвалит меня.

Не только это я смог заметить краем глаза. Но и летящую в меня чашку. Причем скорость была такая, что вполне могла проломить мне черепушку.

Слегка отклонив голову, я поймал чашку рукой и повернулся.

В проеме стоял тот самый долговязый мужик из Китая с порванным ртом. Федор.

— О! Ха-ха-ха! Забавно! Поймал! А я тебя помню, пацан! Ты был в Китае! — громко смеясь, прокричал мужчина.

— Так, спокойно! — начал Онегин.

Но Федора уже было не остановить.

— Ты меня не остановишь! — буквально перешел на ультразвук Федор и пригнувшись, словно кошка, побежал на меня с невероятной для не мага скоростью.

Пришлось и мне действовать так же быстро. Все равно в помещении все были достаточно сильными воинами, так что и переживать за окружающих не стоило.

Я уклонился от удара ногой и сместился в сторону. В ответ услышал только смех. Тут же он развернулся, кулак полетел мне в лицо.

— Надо поставить этого выскочку на место! — злобно произнесла Лора и напитала мой кулак энергией, и он полетел в кулак Федора.

Но тут случилось удивительное. Между нами непонятно как возник Антон и поймал оба кулака.

— Давайте закончим на этом, — спокойно произнес он.

Онегин тут же подскочил и начал угрожающе сверкать глазами.

А я что? Он первый начал.

— И чего вы все так разнервничались? Я же не убивать его буду… — невозмутимо произнес Федор.

— А у тебя и не получится, — фыркнул я, отходя на пару шагов назад.

— Правда? — он прищурился и его рот стал еще шире.

— Успокойся, Федя! Миша пришел, — Толстой положил массивную руку на плечо мужчины. — Кстати, а зачем?

— Хотел проведать Сашу, — ответил я, смотря на Сергея Александровича. — И поговорить с Антоном наедине.

— Мы бы тоже хотели… — начал Есенин, но его перебил Антон.

— Пошли в мою комнату, Миша.

Хотя странно, с чего это на меня Есенин смотрит так недобро? Разве не он делал все, чтобы окружающие посмотрели на него с другой — плохой стороны? По чьей вине его семья чуть не распалась? Вот и сейчас он что ли пытался найти виноватых в том, что случилось с Сашей? По-моему, тот факт, что он сейчас лежит в коме и так большая удача, которой я поделился с ними.

Поднявшись к Антону в комнату, мы закрыли за собой дверь.