Книга Я все еще царь. Книга #31, страница 54 – Сириус Дрейк

— Ваше Величество, — поклонилась девушка с порога. — Айседора Дункан с отчетом о задании и документами прибыла.

Петр же улыбнулся.

— Полно, Ася, я пока не царь. Так что можешь называть меня Петр Петрович. Проходи, садись.

Как только двери были закрыты, Ольга щелкнула пальцами, накладывая на комнату заклинания от прослушивания.

— Эль… — немного смущаясь, сказал Павел. — А мисс Палмер тоже будет с нами? Тут будут зачитаны секретные документы, от которых зависит будущее страны.

— А что не так? — поднял бровь губернатор и упер руки в бока, еще по старой привычке, когда был гусем.

— Ну… Она представитель другой страны…

— Она, в первую очередь, моя сестра, — набычился Эль.

— Паша, брось. Если Михаил им доверяет, то и мы можем не сомневаться в этих людях, — осадил своего сына Романов. — Лучше скажи, где Катя?

— Она сейчас в поместье Кузнецова, — ответил Павел. — Говорит, что ей надо связаться со своими музыкантами. Думаю, скоро будет.

— Лермонтова будем ждать? — спросил Трофим.

— Нет. Я ему потом все расскажу. Начинаем.

Все склонились над стареньким документом. Простая картонная папка, перевязанная бечевкой. Петр аккуратно взял ее и открыл.

Первый же лист был пуст. Все остальные тоже.

— Эм… — произнес Трофим. — А так и должно быть?

— Почти, — улыбнулся Петр и взял со стола канцелярский нож. — Я, как представитель царской семьи, получал соответствующее воспитание. Были свои нюансы, как и у всех. Но у Романовых их было чересчур много. Секрет на секрете. И один из них — это родовое письмо. Текст, который может прочесть только кровный потомок прямой линии Романовых. Ну и вы, как мои гости, тоже можете его увидеть…

Он чиркнул по пальцу ножом и появилась маленькая капелька крови. Петр капнул ее на бумагу и словно в сказке начали появляться буквы.

'В дремучем лесу, где сосны шепчут старые тайны, а тропинки ведут только смелых, жил да был Заяц, не простой, а хрустальный. Внутри него, будто драгоценный дар, скрывался Гусь-Невидимка, чьй блеск видели лишь под лунным светом. А в груди у Гуся, под крылом, лежало Золотое Яйцо, сотканное из утренней зари.

Но самое дивное было внутри Яйца — Волшебная Игла, острая и тонкая как луч света. Тот, кто ее найдет, сможет сшить разорванное время и починить разбитые мечты.

Где искать?

Найди Зайца Хрустального — он бегает там, где тени становятся короче в полдень, у старого дуба с узором в виде глаза. Достань Гуся-Невидимку — приложи к Зайцу ладонь и скажи: "Ветер, открой то, что скрыто!" Разбей Золотое Яйцо — но не камнем, а теплым дыханием, и тогда Игла сама уколет тебя в палец, чтобы ты ее не потерял.

Только помни: Игла не терпит жадных рук. Бери ее, лишь если сердце твое чище родниковой воды.

А иначе… Ну, это уже другая сказка.'

Повисла тишина.

— Что за… — пробубнил Трофим.

— Отец, это же шутка, да? — совсем не весело спросил Павел.

— А я не понял, — пробубнил Эль.

— Это же простая сказка, — сказала Дункан. — Ну про Кощея Бессмертного. Про яйцо и прочее. Это же просто фольклор. Петр Петрович, вы что, хотите сказать, что ваш отец и есть тот самый Кощей Бессмертный? Смешно же…

Вот только никто не смеялся.

— Очень размытая инструкция, — заявила Ольга. — И кто ее написал?

— Явно кто-то старый, — ухмыльнулся Павел. — Сейчас так точно не пишут.