Книга Я не бог. Книга #34, страница 70 – Сириус Дрейк

Я развернул машину и надавил на газ. Подмосковье. Дом Есениных. Взрыв.

Что-то мне подсказывало, это не совпадение.

— Лора, связь с Антоном есть?

— Пытаюсь дозвониться… Не отвечает.

— Отлично, — пробормотал я. — Просто отлично.

Валера откинулся на сиденье и прикрыл глаза.

— Знаешь, Мишаня… — произнес он задумчиво. — У меня ощущение, что кто-то наверху решил устроить нам марафон. Без передышек.

— Присоединяйся к клубу, — усмехнулся я.

Машина мчалась по дороге к порталу. Я решил лишний раз не тратить силы на телепортацию. За окнами мелькали заснеженные поля. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые тона.

Где-то там, в Кремле, Петр Первый готовил новый план.

Где-то там, в Подмосковье, взорвался дом, и мой друг пропал.

Где-то там, по всему миру, продолжали падать метеориты.

— Лора, — тихо спросил я, — а ты не находишь, что слишком много всего происходит одновременно?

— Нахожу, — так же тихо ответила она. — И это меня пугает, Миша. Потому что обычно, когда столько событий совпадает… Это означает, что кто-то очень большой начал игру.

Я сжал руль сильнее.

— Тогда, — произнес я, — нам придется показать этому «кому-то», что мы тоже умеем играть.

Валера открыл один глаз и ухмыльнулся.

— Вот это мне нравится.

* * *

Москва. Различные точки города.

В переулке возле Арбата мужчина в сером пальто остановился у старого фонарного столба. Оглянулся. Никого. Приложил ладонь к основанию.

Артефакт вспыхнул синим.

В тот же момент, на другом конце города, женщина в деловом костюме присела у скамейки в парке. Быстрое движение рукой. Еще одна метка активирована.

Возле станции метро «Красные ворота» подросток в капюшоне коснулся граффити на стене. И опять появился свет.

У одного из храмов. Возле Большого театра. На Тверской. В Сокольниках.

По всей Москве двадцать меток вспыхнули одновременно. Из каждой в небо ударил луч света. Тонкий, яркий, пронзающий вечерние сумерки.

Прохожие останавливались, задирали головы, с удивлением разглядывали это явление.

— Мам, смотри! Что это⁈

— Какой-то фестиваль света, наверное…

Но лучи не просто стояли столбами. Они начали изгибаться. Медленно, плавно, как живые. Все двадцать одновременно. И направились в одну точку.

Кремль.

Они сошлись над красными стенами, слились в один мощный поток и с грохотом ударили в невидимый купол защиты.

Воздух задрожал. По куполу пробежалась рябь, словно по поверхности воды. Защита засветилась красным, проявляя древние руны.

Лучи продолжали давить. Секунда. Две. Пять.

Купол держался.

Потом лучи начали слабеть. Один за другим погасли. Последний продержался дольше всех, но тоже исчез.

Защита Кремля устояла.

* * *

Кремль. Личные покои.

Петр Первый стоял у высокого окна, наблюдая за представлением. Руки за спиной, осанка прямая, на лице легкая улыбка.

Когда последний луч погас, он тихо рассмеялся.

— Жалкие попытки.

На диване за его спиной спала жена, укрытая пледом. Дыхание ровное, спокойное. Рядом на столике тихо тикали старинные часы.

Зазвонил телефон.

Петр не спешил отвечать. Дал прозвенеть три раза. Четыре. Пять.

Только на шестой взял трубку.

— Да? — спокойно произнес он.

— Добрый вечер, ваше величество, — голос был вежливый, но холодный. Американский акцент. — Надеюсь, не отвлекаю от важных дел?