Книга Я все еще не бог. Книга #36, страница 110 – Сириус Дрейк

— И, Михаил, возьми с собой Ерх и родовой меч. Они усилят родовой резонанс при ударах. Без них четвертый узел ты просто не пробьешь.

— Откуда ты знаешь про родовой меч? — спросил я.

Но кот уже исчез в лестничном проеме.

Ну конечно, самое время исчезнуть по всем законам драмы!

— Вопрос дня, — сказала Лора. — Кто этот кот?

— Если бы я знал…

— Хочешь мою рабочую гипотезу?

— Давай.

— Он либо связан с родом Кузнецовых на уровне, который я не могу зафиксировать. Либо он сам из рода. Либо он и есть Владимир Кузнецов, каким-то образом выживший.

— Ты же сама сказала, что он обычный кот.

— Не я, а мои сканеры. А мои сканеры, как выяснилось, могут ошибаться. Или этот кот умеет от них прятаться. Видишь ли, по всем собранным мною данным, это базовый кот, а базовые коты не умеют говорить.

— Только не вини себя в этом, ладно? Вдруг мы столкнулись с чем-то, с чем до этого не сталкивались?

Я спустился с крыши. В коридоре было пусто и тихо. У двери моей комнаты лежал Васька и мурлыкал, прикрыв глаза. Самый обычный домашний кот.

Но который знал расположение семи узлов привязки на теле древнего воина. Знал содержание моего пророческого сна. Знал про родовой меч. И знал вообще все, что может помочь нам одержать победу.

Я перешагнул через него и вошел в комнату. Закрыл за собой дверь и лег на кровать.

— Лора.

— Да?

— Просчитай все. Семь ударов, их последствия, последовательность. Корректировки каналов в реальном времени. Мне нужен пошаговый план на каждый удар.

— Уже начала. К утру будет готово.

— И еще… Если завтра все пойдет не по плану… Проследи за детьми. За Аней и Витей.

Она несколько секунд молчала, подбирая слова.

— Обещаю, — сказала Лора. — Но план будет идеальным. Потому что им занимаюсь я.

— Тогда давай отработаем все варианты во Внутреннем Хранилище.

— Именно это я и собиралась сделать. Арена готова. Я смоделировала ситуацию с Валерой.

Я закрыл глаза. За дверью мурлыкал кот, который знал слишком много. За горизонтом сквозь тьму океана к Сахалину шло чудовище. А у меня было десять часов, чтобы подготовиться к тому, что может меня убить.

Варианты так себе, но других не завезли.

Я не спал. Лора тоже.

Она всю ночь строила модели, просчитывала последствия каждого удара, калибровала параметры. Я лежал с открытыми глазами и слушал её бормотание: «Если третий узел расположен в центре груди, то отдача пойдёт через грудной канал… допустимая нагрузка… нет, не пойдёт, нужен другой угол…»

К пяти утра план был готов. К шести я поднялся. К семи собрал всех в кабинете.

Народу набилось много.

Валера притащил своего драгоценного голубя Геннадия, Есенин, поглядывающий на всех присутствующих немного пренебрежительно, Толстой, заваливший половину стола какими-то схемами, Лермонтов, молча стоявший у стены со скрещенными на груди руками. Эль сидел на подоконнике, прикрыв глаза и делая вид, что дремлет. Маша и Света заняли диван. Любавка примостилась в углу комнаты, а Богдан стоял рядом с ней, привалившись к книжному шкафу. Булат, слишком большой для помещения, просунул голову в окно.

— Ситуация, — начал я. — Владимир с Нечто внутри будет здесь к полудню. Флот Петра Первого подходит с запада, ориентировочно в то же время. Два фронта одновременно.

— Весело, — буркнул Есенин.