Книга Я снова не бог. Книга #38, страница 77 – Сириус Дрейк

Я замолчал, обдумывая ситуацию. Федор пропал. Его дочь лезет в пекло, получает по голове и сбегает из больницы, чтобы снова лезть в пекло. Логика проста: она ищет отца. И пока не найдет, никто и ничто ее не остановит.

— Василий, спасибо, что предупредил. Мы немного передохнем и поедем дальше.

— Понял, — Василий кивнул. — Что-нибудь еще?

— Да. Вот это, — я указал на ядро голема, стоящее на полке. — Пусть никто не трогает. Это ядро земляного элементаля. Он теперь мой питомец. Подробности позже.

Василий посмотрел на пульсирующий камень, потом на меня. Его лицо не выразило ни удивления, ни любопытства. Профессионал до мозга костей. За годы службы Бердышевым он, видимо, научился не удивляться вообще ничему.

— Будет сделано, — сказал он и вышел.

Я остался в подвале. Булат стоял рядом, молча ожидая.

— Лора, — обратился я к помощнице. — Маршрут следующий. Портал в Эрфурт, оттуда Булатом до Марселя. Забираем портальный камень из пещер. Потом Монголия. Потом Антарктида. И между всем этим мне нужно понять, куда сбежала Ася и какого черта с ней произошло.

— Понятно. Только у нас еще одна проблема, — Лора вывела перед глазами таймер.

— Какая?

— До начала пар в КИИМе осталось одиннадцать часов. Рей обещал индивидуальное занятие. Если ты не явишься, он запомнит. А у Рея очень хорошая память. И очень тяжелый бамбуковый меч.

— Рей подождет.

— Рей не умеет ждать.

— Сегодня у нас Франция.

Сахалин.

Центральный лазарет имени Эля.

02:14 ночи.

Сон не шел.

Айседора лежала на больничной койке и смотрела в потолок, считая трещины на штукатурке. Тридцать семь штук на участке над головой, если не считать ту, что напоминала профиль Финиана с его смешным рюкзачком.

Ожоги были по всему телу, лицо пострадало, волосы обгорели. Ерунда, если не двигаться. Если шевельнуться, то будет больно. Если кашлянуть, то наступает сущий ад. Хорошо, что заживающие ожоги на левом плече и предплечье стянули свежим бинтом. Люся, прежде чем уйти спать в соседнюю палату, строго велела лежать и не двигаться.

Айседора не двигалась. Лежала и слушала ночной лазарет. Где-то капала вода из неплотно закрытого крана. Охранник в коридоре шаркал подошвами каждые четырнадцать минут. Она хорошо чувствовала тайминги. За окном шуршал мокрый снег, выл ветер.

Телефон лежал на тумбочке — старый кнопочный аппарат, который Финиан притащил ей взамен разбитого. Экран мигнул, оповещая о входящем сообщении. Айседора осторожно, стараясь не потревожить раны, потянулась к телефону. Каждый сантиметр давался через боль, но она не морщилась. Уже привычка.

Номер был незнакомый, но подпись внизу объяснила все: «Е. Р.», или Екатерина Романова.

Айседора открыла сообщение.

«Ася, это Катя. Пишу с запасного номера, мой прослушивается. Твой отец пропал. Последний раз его видели в поместье князя Карамзина, под Москвой. Он туда проник, допросил князя, но не забрал его. Потом ушел пешком и исчез. Уже трое суток о нем ни слова. Отец отпустил Карамзина после аудиенции в Кремле. Карамзин не вернулся домой. Мои люди узнали, что он нанял частную охрану и укрылся на загородной даче в сорока километрах к югу от Москвы, деревня Покровское. Там до тридцати бойцов. Будь осторожна. Е. Р.»

Айседора перечитала сообщение. Потом еще раз. И еще.