Книга Я бог. Книга #39, страница 89 – Сириус Дрейк

Дело было не в потолке. И не в кровати, хотя матрас был немного жестковат. Дело было в рукопожатии.

Он пожал ей руку. Просто пожал.

Как мужчине. Как торговцу на рынке. Как равному.

Клеопатра села на кровати и откинула волосы назад. За последние десять лет ни один мужчина, которому она протягивала руку ладонью вниз, не посмел сделать ничего, кроме как поцеловать. Ни один. Включая трех королей, двух султанов и одного очень наглого кудрявого поэта, который потом извинялся на коленях.

А этот мальчишка просто пожал руку и пошел дальше. Даже не замешкался.

Она встала, набросила легкий шелковый халат на голое тело и подошла к зеркалу. Из отражения смотрела женщина в расцвете своей красоты, с темными глазами, в которых горело раздражение.

Или интерес… Иногда даже ей сложно было отличить одно от другого.

— Нефер, — позвала она.

Из соседней комнаты выглянула помощница. Невысокая худенькая девушка с заплетенными в тугую косу волосами и вечно настороженным выражением лица.

— Госпожа?

— Я хочу навестить царя Сахалина.

Нефер моргнула.

— Сейчас? Госпожа, первый час ночи.

— Я знаю, который час.

— Это может быть воспринято неоднозначно. Если кто-то из других делегаций увидит…

— Нефер, милая, — Клеопатра развернулась к ней и улыбнулась. Улыбка была из тех, которая не сулила ничего хорошего. — Я правлю Египтом с шестнадцати лет. Я пережила два переворота и попытку отравления на собственной свадьбе. Мне кажется, я в состоянии решить, когда и кого мне навещать.

— Но госпожа…

— Он мне руку пожал. Руку! Как торговке рыбой на александрийском базаре. Мне НУЖНО с ним поговорить.

Нефер открыла рот, чтобы возразить, но передумала.

— Поговорить, — повторила она без выражения.

— Именно.

— В час ночи.

— Лучшее время для переговоров. Под луной нет места лжи.

Нефер вздохнула. За десять лет службы у Клеопатры она научилась отличать моменты, когда можно спорить, от моментов, когда лучше просто подготовить оправдание на утро.

— Хотя бы наденьте что-нибудь менее… — она замялась, глядя на шелковый халат, который скрывал ровно столько, сколько требовалось, чтобы считаться одеждой лишь формально.

— Нефер, это и есть мой переговорный костюм.

— Госпожа, я вас прошу…

Клеопатра фыркнула, но накинула сверху еще одну накидку. В конце концов, в коридорах Кремля было прохладно, и мерзнуть ради эффектного появления она не собиралась. Не тот случай.

— Могу я пойти с ва…

— Конечно же нет! — хмыкнула царица. — Некоторые политические вопросы я предпочитаю решать лично. Если я не вернусь через час, тревогу не поднимать.

— А если через два?..

— Тогда тоже не поднимай. Значит, переговоры прошли еще более успешно.

Нефер закатила глаза и села на стул. Бороться с царицей было бесполезно. Проще было дождаться, как та вернется, и уже потом тихонько паниковать.

* * *

Коридоры Кремля ночью выглядели совсем иначе, чем днем. Свет люстр был приглушен до тусклого золотистого свечения, тени ложились длинными полосами на мраморный пол, каждый шаг отдавался гулким эхом. На каждом углу стояли гвардейцы, неподвижные как мебель. На Клеопатру они не реагировали, а только провожали взглядами.

Она знала, где находятся покои Кузнецова. Рафик, бедолага, был слишком услужлив и слишком разговорчив, так что расположение всех делегаций она выяснила еще за ужином: между вторым блюдом и десертом.