Книга Я уже бог. Книга #40, страница 8 – Сириус Дрейк

— Ай, молодец! Ай, хитрец! — восклицал он, наблюдая, как детальки опутывают двух магов Халифата. — Мне бы таких кукол в юности!

— Это не куклы, ваше величество, — осторожно заметил советник за его плечом. — Это, судя по описанию, живое существо неизвестного происхождения.

— Еще лучше! — Блин Лол отмахнулся. — Живая кукла! Позвоните Кузнецову, спросите, продается ли такая!

— Вряд ли он согласится, ваше величество…

— Тогда узнайте, есть ли оптовая скидка!

* * *

Англия.

Букингемский дворец.

Елизавета VIII смотрела трансляцию с каменным лицом, но кончики ее пальцев все равно побелели — так крепко она сжимала подлокотники.

— Мальчишка… — процедила она. — Девятнадцать лет.

* * *

Япония.

Императорский дворец.

Мэйдзи наблюдал, сидя на полу в тренировочном кимоно. Мика с Димой пристроились рядом. Принцесса дергала своего жениха за рукав и комментировала каждый удар. Император молча кивал и время от времени бросал многозначительные взгляды на Бердышева, от которых тот нервно сглатывал.

— Сенсей, а почему вы на меня так смотрите? — не выдержал Дима.

— Любуюсь, — ответил Мэйдзи. — Ты же будущий зять. Надо привыкать.

Дима покраснел настолько, что Мика захихикала и ткнула его локтем в бок.

* * *

Российская Империя.

Кремль.

Петр Петрович Романов смотрел трансляцию один, в своем кабинете в Кремле. Рафик принес чай и хотел было остаться, но царь жестом отослал его. Когда дверь закрылась, Романов откинулся в кресле и позволил себе улыбку.

— Вот за это я его и выбрал, — тихо произнес он и сделал глоток.

* * *

Сахалин.

Арена.

На трибунах Маша и Света сидели рядом. Маша наблюдала за битвой в бинокль, который выпросила у Трофима, а Света кусала ноготь.

— Он красуется, — определила Маша, наблюдая, как Михаил уворачивается от очередного огненного удара.

— Конечно красуется, — согласилась Света. — Камеры же. Он всегда так делает, когда знает, что его снимают. Помнишь Универсиаду?

— Помню. Он тогда еще подмигнул камере после финального удара. Я чуть от стыда не сгорела.

Света хмыкнула и поправила выбившуюся прядь.

— Знаешь, о чем я думаю? — произнесла она, не отрывая глаз от арены. — Мне надоело сидеть и смотреть. Я сама хочу туда.

— Дорогая, у тебя ребенок, — напомнила Маша.

— И что? У тебя тоже ребенок. И что-то не похоже, чтобы это тебя остановило. Помнишь, как ты швырнула в Мишу вилкой на прошлой неделе?

— Это была ложка. И я промахнулась.

— Вот именно. Потому что редко тренируешься, — Света скрестила руки на груди. — Нам надо почаще бывать в КИИМе, вернуться в форму. Серьезно. У нас муж сражается с божествами, а мы сидим и пеленки меняем, — она скрестила руки на груди. — Я хочу развалить кому-нибудь кабину…

— Я тоже… — вздохнула Маша.

— Я к слову.

Маша опустила бинокль и повернулась к ней.

— Ты права. Надо поговорить с ним. Только после боя, а то он опять скажет, что мы его отвлекаем.

— Позер! — фыркнула Света.

На арене Михаил в этот момент красиво перекатился через голову, уходя от ледяного хлыста, и Маша невольно охнула. Света наблюдала за схваткой с прищуром, анализируя технику Касима.

— У водника хорошая работа ног, — заметила она. — Стойка низкая, центр тяжести смещен. Папа учил меня такой же.

— Твой папа учил тебя топить линкоры, а не драться на арене, — уточнила Маша.