Книга Все еще Адский шеф, страница 91 – Сириус Дрейк, Сергей Мутев

— Едьте без меня. Завтра этап с фирменным блюдом, и я внезапно вспомнил, что у меня нет ни одной специи, — сделал вид, что посмотрел в телефон с картами. — Тут неподалёку должна быть лавка специй. Так что я прогуляюсь и куплю нужное. Да и несколько ингредиентов не хватает. Забыл в пекарне.

Всех устроило такое объяснение. Дон же метнулся мне на плечо, отлепившись от Элеоноры. Он тоже был слишком напряжён.

— А я пройдусь до отеля, чтобы вас не смущать, — хохотнул Дагон, вылезая вслед за мной. — Было приятно провести с вами время, дамы, Максимилиан.

Все помахали нам, убеждая, что доедут спокойно. Я был в этом уверен. Ничего и не могло произойти, учитывая, что мы заметили.

Мы с Дагоном пошли в разные стороны, пока машины скрывалась за поворотом. Да и нужно было обойти лишь одно здание. Впереди замелькал небольшой французский ресторанчик. Мы заходили в него с Максимом в первый день пребывания во Франции. Этот ресторан славился своим рататуем. В помещении было всего пять столов.

На входе мы пересеклись с Дагоном. Наставник стал ещё напряженнее, пока обходил дом. И его можно было понять. Неожиданная переменная.

— Ты тоже это почувствовал? — спросил меня шёпотом Дагон.

— Ага… — почесал я шею. Не нравилось мне это, но выбора не было.

Зашли внутрь, будто ступали на неизвестную территорию. Ресторан оказался пуст. В дальнем, самом тёмном углу сидела пара и о чём-то переговаривалась, мило улыбаясь друг другу. Будто у них был медовый месяц.

Седовласый старик. Росту был не маленького и не громадного, а просто высокого. Это можно было понять по тому, как он сидел. Он был в дорогом сером костюме, в модных, в цвет костюма, туфлях. Рядом лежала трость с чёрным набалдашником в виде головы пуделя. По виду — лет сорока-пятидесяти с лишним. Рот будто кривился, но по-доброму, на сколько это было возможно. Выбрит гладко. Брюнет. Брови чёрные, но одна выше другой.

Глаза были разного цвета. Правый глаз чёрный, левый почему-то зелёный. И часто про них говорили так: правый — сверлящий любого до дна души, а левый — пустой и чёрный, как выход в бездонный колодец всякой тьмы и теней.

Рядом с ним сидела привлекательная женщина. Сложена изумительно и выглядела безупречно. Длинные белые волосы разметались по спине, а её колдовские, горящие, фосфорические глаза будто видели то, что скрыто в самых дальних уголках твоей души. То, что ты не расскажешь никому, даже самому себе.

Женщине сложно было дать больше сорока. Даже больше тридцати. Слишком красива. И этим она частенько заманивала в свои сети.

Они нас заметили. Явно ожидали моего прихода.

— О, сынок! Как я рада тебя видеть! — воскликнула мама, оказываясь на ногах в мгновение ока.

Отец оказался рядом так же быстро, как и его возлюбленная. Улыбки у них были до ушей. И картина эта называлась’добрые родители случайно встретили своего сына.

Мать и отец полезли обниматься. И были они до того дружелюбными, что становилось не по себе даже мне. А Дагон и вовсе встал на одно колено, склонив голову.

— Брось, старый друг, — хохотнул отец, хлопая с силой Дагона по плечу. Наставник аж крякнул. И ведь не сильно ударил. — Какие поклоны, ты переобщался со смертными, что ли?

Я же пытался отлепить от себя мать, которая норовила потрогать меня за лицо. Ещё и постоянно говорила, что я очень сильно похудел, совсем за собой не слежу.