Книга Корпоративные риски, страница 12 – Сириус Дрейк, Сергей Мутев

— А-а-а, — протянул Кой. — Так они же не настоящие… — прошептал он, — как они будут что-то говорить?

— Кой-кун, так я тут главный, — хмыкнул я. — Моё слово — закон. Судья может многое.

— Хочу стать судьёй, — пробормотал Кой, а я помотал головой. Он каждый раз меняет свои мечты. Но в целом все привыкли.

— Заседание началось, — серьёзно начал я и стукнул молотком по столу ещё раз. Хорошо, что дети не знали, что есть ещё прокурор и адвокат, у нас правда ролей не хватало на целый суд. — Тишина в суде.

— А можно я буду прокурором? Буду обвинять свидетелей? — ошибся я, когда Кентаро спросил. Знал он намного больше. Так что я кивнул ему, и он стал рядом со мной.

— Итак, что мы имеем, — прокашлялся я, когда дети уставились на меня. — Близняшки Сури-чан и Нори-чан не могут быть виноватыми, потому что сейчас под наблюдением воспитательницы. Так что они невиновны. Как и я. Я и Хината были в другой комнате, когда всё произошло. Так что предполагаемыми преступниками становятся: Кой-кун, Шо-кун, Тацуки-кун и Кентаро-кун.

У Кентаро вытянулось лицо. Думал, что стал прокурором и теперь перестанешь быть подозреваемым? Не так это работает, малыш. Преступниками могут стать все.

— А Мисаки-тян? — спросил Кой.

— А зачем Мисаки ломать свою собственную куклу? — спросил я удивлённо. Кой задумался и кивнул. — Так что я приглашаю Тацуки-куна дать свои показания, что он делал в тот момент.

Тацуки без возражений сел на место рядом и посмотрел на меня, жуя что-то.

— Уважение суду, — шикнул Кентаро. — Нельзя есть в суде.

— Простите, — тут же извинился Тацуки и громко проглотил кусочек. Хорошо, что не подавился. — Я ел в раздевалке в это время. Воспитательница Хаяме-сан меня видела.

Пожалуй, это самая длинная фраза, которую я слышал от Тацуки. Взглянул на воспитательницу, которая всё подслушивала. Она кивнула, внимательно наблюдая за нашей игрой.

— Алиби есть, — сказал я, хотя Кентаро хотел возразить. — Хаяме-сан подтвердила. Тогда я приглашаю Шо-куна в качестве свидетеля.

— Я рисовал, — сказал Шо и затравленно посмотрел на меня и на Кентаро, который начал немного давить на нашего «подозреваемого». — Я сидел в углу комнаты…

Я взглянул на воспитательницу Хаяме, и она кивнула, подтверждая и это алиби. Вот как просто. У нас тут свидетель всех свидетелей, которая знала, что происходило. Но не вмешивалась, давая детям самим разобраться в произошедшем.

— Так, а теперь Кентаро-кун, — позвал я нашего прокурора, — что ты делал, когда кукла сломалась?

— Был с близняшками, чтобы им не было скучно, — пожал плечами Кентаро. И ещё один кивок от воспитательницы Хаяме.

— Кой-кун, — позвал я последнего человека из списка.

Кой заметно нервничал, но сел на положенное место.

— Сурдья, — начал Кой.

— Судья, — ещё раз поправил я Коя. — Где вы были?

— Я был в туалете, — сказал Кой.

— Нет, ты не мог быть в туалете, — вдруг сказала Хината. — Мы были у раковин с Рю-куном! И тебя внутри не было!

— Правильно, кажется, что вы что-то не договариваете, — вдруг сказал Кентаро, оказавшись рядом с Коем.

— Ой, точно, я был в раздевалке, — поменял свои показания Кой.

— Тацуки-кун, — позвал я нашего толстячка.

— Его там не было, — сказал Тацуки, доставая банан из кармана. И как он только там поместился? — Он до этого бегал посреди комнаты с самолётом.