Книга Титан империи 6, страница 39 – Константин Зубов, Александр Артемов

— Крепись. Я попробую тебя вызволить.

— Не-е-е-ет! Тебе нужно в рейды, а выбраться я и сама выберусь. Как-нибудь… А у вас как дела? Как Химера? Как ты⁈

Я вздохнул, и начал рассказывать ей о нашем небольшом сафари, однако на заднем фоне вдруг раздался недовольный голос, и сестра заторопилась:

— Так все, мне пора! Целую, брат!

— Стой, когда ты верне…

Но в трубке уже звучали гудки.

— Хрен там! — ударил я по столу. Ярослав поник и полез в карман. Тут же монетка улетела в подставленные лапки Альберта.

— Сволочь! — плюхнулась на свой стул Вика и бросила перед нами зачетку. — Тройку влепил! У меня за всю учебу в ГАРМе никогда не было ниже четверки!!!

— Скажи «спасибо», что со злобы не отправил на пересдачу.

* * *

Как оказалось, обрадовался я рано. Загребущие лапы Молота Нексуса вскоре добрались и до меня — прямо на середине игры в «царя горы» мой телефон громогласно зазвонил.

— А вот и Жене прилетело! — хохотнул Ярослав, пытающийся отбиться от трех курсантов разом. — Давай, дорогой! Вперед и с песней!

И одним ударом он выбил у Кати Зазнайки почву из-под ног, и та, прыгая как мяч, покатилась с горы.

— Ставлю сотку, что следующий ты, Феникс! — ухмыльнулся я. — Я шепну о том, как ты пытался открыть портал на Нексус в туалете, но слив заклинило.

Вся гора разразилась хохотом, а я ответил на звонок.

— Евгений Михайлович, — заговорили на «проводе» унылым канцелярским голосом. — Прошу вас явиться в Башню в течение получаса. Вас встретят.

И отключились.

— Хорошо, — сказал я уснувшему телефону и крикнул всем присутствующим. — Вот невезуха, придется идти отстаивать свое доброе имя!

— Давай, Женька! Задай им перцу!

Попрыгав по попуткам, я добрался до штаба инквизиции, и прямо на входе навстречу мне вышла Маша. На ее груди сверкала золотая медаль.

— Это что? — ткнул я в блестяшку.

— Это за то, что я выследила нексопоклонников, — гордо выпятила она грудь. — А еще вот это!

И она подхватила саперную лопатку, на которой было выгравировано: «За заслуги перед Родиной».

— Ни пуха! — бросила она мне и припустила за дрезиной. Я проводил глазами ее весело покачивающуюся попку, а затем вошел в Башню.

Завернув за угол я внезапно наткнулся на свое собственное отражение — в нагрудной пластине одного из конструктов Янковского.

— Добрый вечер, — улыбнулся я чудищу, но тут его тяжелая лапа упала мне на плечо.

— За мной, — сказал конструкт голосом… Герды?

Вне себя от любопытства я последовал за монстром, и скоро он привел меня в чистый и светлый обеденный зал с колоннами, где все было заполнено белыми скатертями, рюшечками, занавесочками и цветочками.

Главным украшением зала была Герда. Она сидела за столиком в гордом одиночестве и энергично работала ножом.

— Ну чего стоите, Евгений Михайлович? Заходите, располагайтесь, — сказала она, подняв на меня свои фиолетовые глаза. — А ты, балбес, можешь валить!

Конструкт тут же исчез, а я расположился напротив моей ненаглядной инквизиторши. Перед ней стол просто ломился от еды, а Герда едва-едва притронулась к салату.

— Я думал, мы вчера все решили с Феликсом?

— Угу. Но формально мы обязаны вас опросить. Все же вы постоянно пересекались с подследственными во время учебы, — кивнула она и пододвинула мне полный бокал вина. — Будете?

— Да, — кивнул я и потянулся к бокалу. Вот такой «опрос» мне определенно по душе.