Книга Гришка против Пустынного демона, страница 95 – Егор Золотарев

— Какое счастье жить! Дышать полной грудью, бегать, обнимать, есть и пить. Просто жить. Знали бы вы, сколько я всего передумала, пока была на пороге смерти…Это было ужасно. Я не могла дышать, не могла пошевелиться, не понимала, что со мной происходит. Ур, ты должен выяснить, что это за твари и обязательно рассказать наместнику. Надо выжечь эту топь вместе с ее погаными жильцами!

Она так крепко сжала кулаки, что глиняная кружка разлетелась на осколки. Ур укоризненно посмотрел на нее, а Гриша не обратил внимания. Он стоял и не сводил взгляда с неподвижного тела Бонапарта.

— Как вы думаете, ему еще можно помочь?

— Ты уверен в том, что лирр ему помогает? — спросил Ур и встал рядом с ним. — Он же сказал: один раз.

Юноша пожал плечами, печально вздохнул и сел рядом с Назифой, которая вытаскивала еду из мешка. Они молча поели и засобирались в дорогу.

— Уже полдень. Надо торопиться, если не хотим встретиться с Пустынным, — сказал библиотекарь и отряхнулся от песка. — Нет, конечно, мы хотим с ним встретиться, но на наших условиях. Одно из которых, яркий солнечный свет.

— Как подумаю о нем, — Гришу передернуло. — Мурашки так и бегают. До сих пор не могу забыть красные глаза, холодную кожу и силу. Он держал меня так, будто я — перышко. Надеюсь, со следующим демоном будет легче. Предупреждаю сразу: этого Пустынного я объезжать не буду. Даже не просите!

Ур и Назифа весело рассмеялись. Гриша тоже не смог удержаться и расплылся в улыбке.

«Как же быстро все меняется. Только ревел, думая, что Назифа умирает, а теперь смеюсь и мне хорошо… Спокойно».

Они дошли до края болота и бодро зашагали по ровной глади пустыни. Редкие барханы мелкими волнами испещряли песочное море и пропадали, остановленные невидимой рукой. Вдруг сзади послышалось далекое ржание. Гриша резко обернулся и увидел Бонапарта. Конь бежал галопом, песок разлетался под его копытами, а его грива развевалась, как знамя.

— Жив?! Какой молодец! Ай-да Боня, ай-да щучий сын!

Назифа снова ехала в седле, а Гриша и Ур шли рядом. После всего произошедшего настроение у всех было приподнятое. Даже Бонапарт нет-нет да и начинал гарцевать.

— Молодец, мальчик! — Гриша гладил его по морде и кормил хлебом.

— Ур, как думаешь, успеем до заката добраться до Эль-Кара? — спросила девушка, всматриваясь вдаль.

— Успеем, — кивнул он. — Болота уже прошли. А от них до города пару часов ходьбы. В молодости я приходил сюда с отцом за травой.

— Угар-травой баловались? — усмехнулась она и пожурила пальцем.

Ур смутился и что-то невнятно пробормотал. Гриша заинтересовался их разговором и, толкнув библиотекаря локтем, спросил:

— Что за трава?

— Да так, — отмахнулся он и прибавил шаг.

— Типа змеехвоста? — не отставал юноша, но Ур упорно молчал.

— Угар-трава делает человека бесстрашным, — ответила Назифа. — При «Битве Светлых» воины его часто жевали, чтобы идти на демонов. А тебе для чего трава понадобилась, Ур?

Мужчина раскраснелся так, что даже уши запылали. Он пытался перевести разговор, но молодые люди не отставали.

— Ну, ладно-ладно, — он глубоко вздохнул. — Свататься ходил.

Гриша и Назифа рассмеялись. Вдруг девушка остановила коня, привстала на стременах и показала налево:

— Что это там такое?