Книга Друид Нижнего мира. Том 3, страница 32 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Однако и на этот раз девушка осталась равнодушна к его достижению и лишь кивнула головой. Я расплатился, и мы с Женькой пошли в харчевню.

В отличие от гостиницы, здесь было многолюдно, а в воздухе витали аппетитные запахи жареной рыбы и свежего хлеба. Мы подсели к охотнику Валере, который с жаром рассказывал про один из своих рейдов в Дебри местным мужичкам.

К нам быстро подбежал юноша лет пятнадцати, перечислил, что есть из готового.

— Я так голоден, что все бы съел, — признался Женька. — Но начну с тарелки горячего супа и трех котлет из окуня.

— И мне рыбных котлет. Хочу попробовать, какие они на вкус, — сказал я пареньку в замызганном переднике.

— У нас все вкусно. Особенно когда голоден, — улыбнулся он и поспешно ушел.

— Какая-то она высокомерная. Мне такие не нравятся, — прошептал Женька, чтобы остальные не услышали.

— Кто? — я огляделся.

— Кто-кто, — проворчал он, — девица из гостиницы. Я ей про машину, про Высокий Перевал, а она… Эх.

— Не обращай внимания. Либо она подумала, что ты приукрашиваешь. Либо уже наслушалась всякого от постояльцев и перестала чему-то удивляться.

— Либо я ей просто не понравился, — еще тише сказал друг.

— А зачем тебе ей нравиться? Утром мы поедем дальше, и ты ее, может быть, больше никогда не увидишь.

В это время перед нами юнец грохнул поднос с тарелками, от которых поднимался пар. Аппетитные ароматы защекотали нос.

— И то верно, — повеселел он и принялся за еду.

Рыбные котлеты были сильно перченые и приправлены чесноком и ароматными травами, поэтому показались вполне сносными, хотя чувствовался вкус затхлой воды.

Я купил для Призрака жареные куриные голени и пошел к машине. Щенок очень обрадовался мне и бросился навстречу. Он, как настоящий сторожевой пес, кружил вокруг машины и никуда не уходил.

После того, как он с чавканьем съел все, что я ему принес, посадил его на заднее сиденье нашей машины и пообещал вернуться утром.

Перед сном мы с Женькой прошлись по поселению, отмечая разницу между общинами. Почти в каждом дворе были домашние животные: куры, коровы, овцы, свиньи. На подоконниках сидели кошки, с привязи рвались собаки, чуя чужаков.

Когда вернулись в гостиницу, девицы уже не было, чему Женька обрадовался. В нашей комнате почти все кровати были заняты торговцами и охотниками.

— Валера, ты говорил, что уже завтра мы будем в Высоком Перевал, — Женька обратился к разомлевшему охотнику. — Мы там будем в полдень или позже?

— Вечером, — зевая, ответил он.

— Понятно… А сколько общин будет по пути?

— Несколько. Спи уже. — Валера с головой укрылся одеялом и вскоре заснул.

Я же окунулся в свои мысли под монотонные разговоры остальных постояльцев. В дороге я не заметил ничего необычного. Лес был везде одинаков. Но меня интересовали обозначения на карте, которые оставил неизвестный художник. Как раз по пути есть коричневое пятно посреди леса по левую сторону от дороги. Что это может быть? Надо бы проверить. Надеюсь, не придется заходить глубоко в лес, а то Женька снова запаникует, если я задержусь.

Погрузившись в свои мысли, не заметил, как заснул, и проснулся от толчка в спину.

— Егорыч, хватит спать, уже все встали, — сонно проговорил друг, приглаживая взъерошенные волосы.

В харчевне уже все было готово к завтраку, поэтому мы с удовольствием поели молочную кашу со сливочным маслом и куском сыра на мягком куске хлеба. Призраку я выпросил у кухарки сырые куриные головы.