Книга Друид Нижнего мира. Том 3, страница 42 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Я заметил, что Призрак ведет себя не как раньше. Он не бегал, с любопытством обнюхивая все на своем пути, а жался к моим ногам и вертел головой.

Пса явно что-то беспокоило. Надо будет вызвать его дух и пообщаться.

Мы вернулись в гостиницу и, уставшие, легли спать. Даже когда все легли и выключили свет, пес продолжал сидеть и настороженно прислушиваться.

Вдруг я снова ощутил то странное чувство, будто… Будто рядом бездушный крат. В это же самое время Призрак жалобно заскулил. Что же это такое? Не может же крат быть рядом с нами, если мы в городе за высокой стеной.

Я уже хотел призвать Вейла, как ощутил толчок. Здание немного вздрогнуло, как от землетрясения. Женька со Светой уже спали, поэтому я вышел из комнаты и спустился по лестнице. Хозяин до сих пор сидел за стойкой и заполнял засаленный журнал.

— Я почувствовал толчок. Что это было? — обратился к нему.

— Кто ж знает? — он разогнул спину и потер уставшие глаза. — Уже месяца три как потряхивает. Власти говорят, что никакой опасности нет, поэтому можешь не переживать.

— Но почему трясет? Рядом есть горы?

— Откуда здесь горам взяться? Холмы только. А почему трясет — никто не знает, — развел он руками.

То странное чувство вновь пропало. Нет, с этим надо разобраться.

«Вейл, что ты почувствовал?»

Дух выплыл из тела щенка и ответил:

«Орвин, я чувствую опасность. У меня даже шерсть на холке дыбом встает».

«Что за опасность ты чувствуешь? Можешь описать?»

«Нет. Но мне страшно. Очень страшно».

Та-ак, что-то здесь нечисто. С этим обязательно надо разобраться, пока не поздно…

Утром мы первым делом отправились на поиски харчевни. Нашли быстро, через три дома. Едва зашел внутрь, почувствовал знакомые запахи, типичные для всех трактиров и харчевен этого мира: горелое масло, забродивший квас, жареное мясо и хлеб.

Когда сели за стол, я предложил Свете заказать все, что захочет, — я оплачу, но вмешался Женька. Он сказал, что я и так много трачу денег, ведь мне приходится кормить еще и Призрака, поэтому завтрак «никчемной девице» оплатит он сам. Света, конечно, возмутилась, но от завтрака не отказалась, хотя взяла очень скромно: кашу, хлеб и чашку чая.

У меня не выходило из головы ночное происшествие. Всю ночь я в тревоге просыпался и прислушивался к тому, что происходит вокруг, и к своим внутренним ощущениям. Толчков больше не было, но внутреннее напряжение не отступало. Призрак тоже плохо спал, дергая ногами и изредка завывая сквозь сон.

— Чем займемся? — спросил Женька, когда мы сытые вышли из душного помещения харчевни.

— Я пойду работу искать. Мне совестно есть за ваш счет, — сказала Света, щурясь от яркого солнечного света.

— Это правильно, — одобрил Женька. — И вообще, почему у тебя нет денег, если ты в гостинице работала?

— Я все деньги родителям отдавала, поэтому ничего скопить не удалось. Я же не знала, что так скоро смогу уехать, поэтому не подготовилась, — призналась девушка и погладила пса, который явно к ней был расположен и требовал внимания, путаясь под ногами.

— А вот мы с Егором не такие балбесы, как ты. Мы заранее знали, что уедем, и все для этого делали. Я машину чинил, он игрушки стругал. Кстати, машину ведь надо обратно в Волчий Край отправить, — разочарованно выдохнул он.

— Успеем, — махнул я рукой. — Сейчас нам главное устроиться. А потом сам отгонишь вместе с караваном или охотниками. Заодно расскажешь родным, как мы здесь. Они наверняка волнуются.