Книга Личный аптекарь императора. Том 7, страница 12 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Только под утро я засунул книгу под кровать и, смахнув Шустрика с подушки, лёг спать. Во сне ко мне явилась Нарантуя. Мы стояли в круге из камней на острове Кижи.

«Я приглядываю за тобой», — послышался знакомый шелестящий голос.

«Зачем?»

«Чувствую угрозу. Рядом с тобой злые силы. Даже я не могу их увидеть».

«Что это значит? Какие тёмные силы? Со мной всё хорошо», — возмутился я, ведь на самом деле не ощущал ничего плохого, хотя мой сон, когда лечу на орле, тоже сигнализировал о врагах.

«Спокойствие воцарилось ненадолго. Грядёт что-то плохое», — настаивала она.

«Что именно? Духи умеют видеть будущее. Подскажи, чего мне опасаться?»

«Я не знаю. Не вижу твоего будущего. Только чувствую, как сгущаются тёмные силы вокруг тебя, — она взмахнула головой, и косички разметались в разные стороны, шипя, как змеи. — Будь осторожен, алхимик. Иначе и в этой жизни ты умрешь не своей смертью».

Нарантуя пропала, а я проснулся от назойливого дребезжания будильника.

С трудом разлепив глаза, я нехотя сел в постели и угрюмо уставился в окно. Было темно, по стеклу бил дождь. Как мне хотелось плюнуть на учёбу, на турнир и прочие дела и снова завалиться спать, но я пересилил это желание и, вытащив из тумбочки эссенцию «Золотой нектар», пригубил сладкий напиток.

Эта эссенция не только убирала воспаления, но и дарила бодрость и снимала усталость. Идеальное средство после бессонной ночи.

Приняв контрастный душ, я в приподнятом настроении спустился вниз. Настя кружилась у зеркала в новом розовом пальто и любовалась блестящими лаковыми сапожками.

— Сегодня вечером я пригласила к нам на ужин моих подружек, — сказал она мне, затем уперла руки в бока и строго продолжила. — Только веди себя прилично и не позорь меня.

— Надеюсь, ты не совершишь той же ошибки, что и в прошлый раз? — улыбнувшись, спросил я.

— О чём ты? Какой ещё ошибки? — нахмурила она бровки.

— Не станешь хвастаться Шустриком.

— Ну… вообще-то, — замялась она.

— Нам удалось выкрутиться только потому, что ни у кого не было доказательств. А если кто-то из твоих подруг сфотографирует его или снимет видео. Тогда нам придётся вернуть его в анобласть и заплатить огромный штраф.

— Вернуть его в анобласть? — ужаснулась она. — Ни за что! Он же такой беззащитный! Его там съедят.

— Именно поэтому Шустрика никто не должен видеть. Поняла? — строго спросил я.

— Ну ладно… Покажу им свои наряды, — пожала она плечами и продолжила любоваться на себя в зеркало.

За завтраком я рассказал домашним, что меня включили в состав группы, которая будет участвовать в турнире. Лида с Димой обрадовались и сказали, что нисколько не сомневаются в моей победе. А дед, как полагается, снова пробурчал, что вместо того, чтобы учиться и работать, я буду тратить своё драгоценное время на какой-то никому не нужный турнир. В принципе это было ожидаемо.

Я поехал в академию, где всех членов группы в холле встречал Федя Размыслов. Он зорко следил за всеми.

— Ну что, решили задания, которые дал нам декан? — сурово спросил он.

— Не все. Ответы на некоторые я до сих пор не нашёл, — признался щуплый парень в очках с толстыми линзами. Его звали Влад, и он был второкурсником.

— А я только рецепты просмотрел. Кое-что даже приготовил. Получилось неплохо, но отец попробовал и сказал, что в рецепте ошибка, — сказал четверокурсник Прохор.