Книга Личный аптекарь императора. Том 7, страница 92 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Нет. Мне достаточно плюнуть, чтобы избавиться от яда.

— Понятно, — кивнул он, хотя по взгляду было ясно, что ему ничего не понятно.

Мы добрались до дома. Охранники уложили Сеню на кровать, сняли с него верхнюю одежду и обувь. Я напоил его водой и, опустившись в кресло, чтобы передохнуть, принялся придумывать противоядие, способное исправить изменения в теле друга. Маны осталось мало, но должно хватить на создание одного зелья.

Не было времени куда-то ехать за ингредиентами, поэтому я мог опираться только на те растения и манаросы, что росли в оранжерее и в анобласти. Благо, их здесь достаточно.

Вскоре я уже определил, что нужно, поэтому убедившись, что состояние Сени стабильное, и хуже не станет, я направился в анобласть. С поиском всего необходимого мне поможет Зоркий, которому я прихватил с кухни целую авоську сочных кисло-сладких яблок.

Едва я зашёл в аномалию, как из-за густых зарослей показались любопытные жёлтые глаза. Я приветливо помахал ему и протянул авоську с яблоками. Существо смело вышло мне навстречу и, выхватив два яблока, с аппетитом захрустело.

Затем я отправил ему мыслеобразы растений, необходимых для зелья, и тоже пошёл на поиски. Вдвоём мы справились быстро. Прошло не больше пятнадцати минут, как я уже набирал цифровой код на воротах.

Когда вернулся в дом, Сеня был в сознании и пытался мне что-то объяснить, с трудом ворочая языком, но я прервал его и сказал, что для объяснений ещё будет время. Сейчас же все его силы должны уходить лишь на восстановление.

Приготовив на кухне противоядие, я дал его выпить Сене и устало плюхнулся в кресло. У меня была ещё одна запасная пробирка с «Исцелением», но её я тоже оставил для друга. Ему нужнее, а усталость пройдет. Нужно лишь отдохнуть.

Когда я почти заснул, зазвонил телефон. Это был дед. Он тоже волновался за Сеню. Я успокоил его, сказав, что парень нашёлся, только пострадал от манароса.

— Да ты что⁈ Сейчас же вези его к Коганам! — выпалил он. — Пусть обследуют. Мы же несём за него ответственность! Что я скажу его отцу?

— Он жив, и это самое главное. Мои зелья ему помогут, — ответил я, отметив про себя, что Сеня выглядел уже гораздо лучше и теперь прислушивался к нашему разговору.

— Я всё равно должен обо всём сообщить его родителям, — упрямо заявил дед.

— Хорошо, но только не сегодня. Лучше утром. Зачем ночью людей беспокоить.

В это время Сеня поднял руку, привлекая моё внимание.

— Не надо говорить родителям, — слабым голосом произнес он. — Не надо их волновать.

— Разберёмся, — ответил я ему и вновь обратился к деду. — Ты его родителям не звони. Утром Сеня сам позвонит и всё объяснит.

— Эх, не надо было такого юнца в оранжереи брать. Так и знал, что он не справится.

— Он отлично справляется, — возразил я. — Оранжерея цветёт и благоухает. А насчёт того, что произошло, я с ним поговорю… Когда выясню, что же именно случилось.

— Ну ладно. Оставайтесь в поместье, но чтоб завтра оба ко мне явились! Ясно? — загрохотал он.

— Ясно.

Я отключил телефон и строго посмотрел на Сеню. Тот смущённо перевел взгляд на потолок.

— Давай, рассказывай, — велел я, вложив силу в голос. Я был зол на него. Хотя и сочувствовал.

— Я решил сделать тебе сюрприз, — ответил он и покраснел. — Ты же говорил, что мечтаешь вырастить «Венец смерти». Ну вот я и…