Книга Личный аптекарь императора. Том 8, страница 82 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Ты прав, но ведь он нещадно тратит мою ману.

— Так и есть, поэтому прибереги его на крайний случай, когда почувствуешь, что не справляешься с противником.

— Хм, ты прав. Ладно, пойду вздремну пару часиков. Торжественное открытие турнира только в десять, — он встал и, шаркая домашними тапочками, вышел из моей спальни. Ну молодец, разбудил меня, а потом пошёл сам спать.

Я вернулся в кровать, но сон не шёл, так что надел теплый костюм, выпил стакан воды и заперся в лаборатории. Нужно доделать то, что начал вчера. У меня из головы не выходили военные дирижабли, начинённые боевыми снарядами. Я даже нарочно взял из библиотеки книгу магистра Федория Легкоплава под названием «Основы воздушного судостроения и эксплуатации».

Это оказалась очень полезная книга, из которой я узнал про устройство дирижаблей, принципы полёта и подъёмной силы, навигацию, управление и ещё много чего. Но самое главное — я понял, как с помощью моих алхимических возможностей повлиять на это чудо техники. Осталось только разработать зелье, которое справится с судом, находящимся высоко в небе. Именно с этой трудностью я столкнулся впервые и не знал, как её решить.

Мне не составит труда справиться с судном, если оно будет находится неподалеку. Можно запустить «Пирсидой», и всё: дирижабль расплавится за считанные минуты от сильного жара. «Разъедающее прикосновение» оставит в нём такую дыру, что дирижабль никуда не сможет улететь. Даже не сможет взлететь. Но даже эти зелья требовалось доставить наверх, туда, где проплывают облака. Как это сделать? Сложная задача, но это не значит, что решения нет. Просто надо хорошенько пораскинуть мозгами.

За раздумьями я не заметил, как пролетело два часа, и кухарка позвала нас завтракать.

— Волнуешься? — спросил Ваня, когда мы сели за стол и принялись за яичницу с помидорами и куриным мясом.

— Нет. А ты?

— Очень даже, — признался он. — Вся империя будет следить за турниром, поэтому не хотелось бы оплошать на глазах миллионов людей.

— Что? Как это «вся империя»? — я недоуменно уставился на него. Вилка с яичницей зависла у рта, но я о ней забыл.

— Во время турнира ведётся прямая трансляция с полигонов, лабораторий и прочих мест, где студенты соревнуются, — пожал он плечами и сделал себе бутерброд из куска батона, трех кусов сыра и большого пласта буженины.

Горгоново безумие! Это что ж получается, за всем, что я буду делать, будут следить посторонние люди⁈ Обо мне и моих способностях узнает вся империя⁈ Нет-нет, этого допускать нельзя.

— А если я не согласен с тем, чтобы меня показывали по телевизору? — я засунул кусок яичницы в рот и принялся интенсивно жевать, судорожно обдумывая услышанное.

— Тогда тебе придётся отказаться от участия в турнире, но тогда ты подведёшь не только свою команду, но и факультет и даже академию.

Я шумно выдохнул. Ваня прав, я не могу никого подвести. В таком случае мне придётся быть осторожным и стараться не показывать своих истинных возможностей.

После завтрака мы подъехали к парковке и с трудом нашли свободное место. Машин было столько, что они стояли не только на парковке, но и вдоль дороги с двух сторон, сильно сузив проезжую часть. На некоторых машинах были эмблемы телеканалов.

Оставив машины в третьем ряду, мы двинулись к академии и ещё издали увидели вспышки фотоаппаратов и людей с микрофонами и видеокамерами.