Книга Кодекс Рода. Книга 2, страница 114 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Та-ак, Зинаида и Иннокентий Валентинович, помогите встать Никите Карловичу и проводите его в мой кабинет. Нам с ним есть о чем побеседовать.

Без лишних вопросов магиня и маг подняли с пола декана и, крепко держа под руки, повели в сторону платформа.

— Вы мне можете объяснить, что произошло? — спросил я и преградил путь ректору.

— Роман, скажите честно, у вас с Никитой Карловичем какой-то конфликт? — устало спросил ректор.

— Нет у нас конфликта. Но с самого первого дня он ко мне относится…э-э-э, по-особенному.

— Неприязненно?

— Верно! Вы правильное слово подобрали, — согласился я.

— То, что вы рассказали, очень похоже на действие очень редких артефактов, которые управляются дистанционно силой мага. Они имеют одну особенность, а именно: они объединяют магические силы двух одаренных каналом, через который оба могут тянуть силы друг у друга. Побеждает тот, чья воля сильнее, и в этой схватке победили вы, — он одобрительно кивнул и зашагал к выходу.

— Подождите! А что будет дальше? Что вы будете делать?

— Как, что? Всерьез займусь этим делом, и выясню, из-за чего он так к вам относится. А потом уволю с такой рекомендацией, что никто не захочет брать его на работу.

— Так как это касается меня, то я должен присутствовать при допросе, — аргументировал я.

Ректор кивнул и побрел к выходу. Я забрал свою шубу и пошел за ним.

— Рома, что происходит? Ты сдал зачет? — подошла Ева и взяла меня за руку.

— Не волнуйся, я все сдал. Просто мне надо поговорить с ректором. А ты иди домой. Я зайду к тебе сегодня в гости, — успокоил я девушку и поспешил за ректором.

Когда мы приехали к академии, декану стало легче, и теперь он шел, надувшись, и бросая на меня недовольные взгляды. Ректор велел декану сесть напротив его стола, а нам с Зинаидой разрешил присутствовать, но с условием, что мы ни с кем не будем обсуждать то, что услышали.

— Никита Карлович, советую все рассказать, иначе я попрошу Иннокентия Валентиновича покопаться в ваших мозгах. А вы знаете, что это он умеет делать лучше всего, — сказал ректор и кивнул на мага с хохолком.

Тот кивнул и пристально посмотрел на декана. Однако время шло, а он продолжал молчать.

— Ну, вы сами сделали свой выбор…

— Из-за этой твари моего сына выгнали из вашей академии! — закричал он.

Остальные недоуменно посмотрели на меня, а я пожал плечами.

— Я не знаю, о чем речь.

— Как это ты не знаешь, если его из-за тебя выгнали из академии и внесли в список неблагонадежных людей!

— Вы про Трясогузкина, что ли? — предположил я.

— Что ли! — передразнил он меня. — Ты, щенок, разрушил его жизнь. Кем он теперь станет⁈ Где будет работать и, как зарабатывать на жизнь⁈

Тут уж не выдержал ректор и с хлопком опустил ладонь на стол.

— Прекратите нести чушь! Ваш сын, сам себя погубил. Он поджег академию и свалил вину на Романа. За это вы должны были возместить академии убытки, но мы до сих пор не получили ни копейки от вашего рода.

— И не получите! Хрен вам, а не деньги! — окрысился декан.

— Что ж, Иннокентий Валентинович, вызывайте полицию.

Маг с хохолком удивленно посмотрел на ректора:

— Зачем? Что мы ему можем предъявить?

— Как что? По всем документам он Иванов, а не Трясогузкин. Значит, подделал документы, — ректор буравил взглядом декана.

Однако тот спокойно выдерживал его взгляд и даже криво усмехался. Маг вытащил мобилет и отошел к окну.