Книга Кодекс Рода. Книга 2, страница 91 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

Я посмотрел на часы. Девять утра.

— Ты чего звонишь в такую рань?

— Похвастаться. У меня получилось! Прикинь, они не только моргают, но и ходят! И даже руками умеют махать!

— Кто? — не понял я.

— Копии. Мои двойники. Я понял, как заставить их двигаться!

— Поздравляю. Молодец. Давай потом созвонимся, — сонно проговорил я и накрылся с головой одеялом.

— Никаких потом! Иди сюда и посмотри. Жду тебя возле своего дома.

— Я еще хотел немного поспать, — пытался возразить я, но он уже сбросил звонок.

Проворочавшись немного, я встал, умылся и пошел на кухню. Семен уже нажарил блинов и теперь накрывал на стол.

— С добрым утречком, Ваше Сиятельство! Как спалось? — улыбнулся он.

— Даже не заметил, как ночь прошла. А ты как себя чувствуешь?

— Хорошо, ничего не болит. Только кошмары замучили, надо успокоительной травки на ночь попить.

— Что снится?

— Ерунда всякая. Будто вы направо-налево всех убиваете. Кровь брызжет во все стороны, трупы валятся, — он вытер лицо рукой, будто хотел смахнуть ночное наваждение.

Я подумал о том, что все так и было. Он меня до сих пор видит хорошим послушным мальчиком, каким я старался быть в детстве, но сейчас я совсем другой.

Едва я скрутил блин и обмакнул его в клубничное варенье, как в дверь постучали.

— Кто там? — крикнул я и напрягся. Пока Бивнев и Алмазов на свободе нам нельзя расслабляться.

— Я! Антон!

— Что за Антон? — переглянулись мы с Семеном.

— Сухарь!

Я засмеялся, а слуга побежал открывать дверь.

— Так бы сразу и сказал, что Сухарь, сам же просил себя так называть, — улыбнулся я и пригласил его за стол.

— Давай быстрее, а то я уже замерз тебя ждать. Надеюсь, они не рассеются, пока мы с тобой здесь чаевничаем, — встревоженно проговорил он и запихнул в рот ложку сметаны.

— Ты их у себя во дворе оставил?

— Нет, сюда привел. На вашем крыльце стоят.

— Что? — я встал и направился к выходу.

Когда открыл дверь, то чуть не подавился недожёванным блином. На меня смотрели три копии Сухаря. Один без остановки вращал глазами и высовывал язык, второй шагал на месте, а третий махал кулаками.

— Здорово, правда? — сказал Сухарь и встал рядом.

— Да, но они… — я не мог подобрать правильного слова.

Мне сразу вспомнился Трясогузкин, который, как марионетка, шел за ректором после допроса по поводу пожара.

— Знаю-знаю, надо еще доработать, но это уже большой прогресс. Вообще-то таких двойников учатся делать только на третьем курсе, а я самостоятельно по книгам научился, — похвастался он.

— Молодец! Мне бы тоже научиться делать свою копию. Уверен, на охоте она мне очень даже пригодится.

— Научу, — кивнул он.

Мы быстро доели блины и приступили к тренировке. Как и говорила Зинаида, магия в нашей голове, той же самой рукой, которой я выпускал молнии, я сделал копию, но не себя, а стула.

— Один в один! — поразился Семен и уже хотел дотронуться до него, но рука провалилась, и он чуть не упал.

— С первого раз смог? Я только на третий день осилил, — расстроился Сухарь.

— Ты забыл? Я же универсал. Мне все виды магии доступны, — улыбнулся я.

Следующим шагом было создать иллюзию на своем лице. Сухарь долго объяснял мне, как это сделать, но все равно лицо Семена на моей голове выглядело слишком молодо.

— Тебе надо лишь потренироваться и все получится. Я тоже долго не мог поменять глаза, но потом получилось.