Книга Кодекс Рода. Книга 3, страница 37 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

Пока Серафим наводил порядок, я сел за письменный стол отца и принялся просматривать документацию. Завтра мне предстояло собрать всех, кто проживал на нашей земле, и объявить им о том, что халява закончилась, и теперь им снова придется платить налоги, но я взамен приведу имение в порядок.

К вечеру дом согрелся, поэтому мы поужинали и легли спать. Но не успел я заснуть, как услышал испуганный крик Серафима:

— Горим! Пожар!

Я вскочил с кровати и ринулся к нему, думая, что огонь в комнате прислуги, но он стоял у окна и смотрел на улицу. Подбежав к нему, я увидел, что весь дом снаружи был объят пламенем.

— Надо снегом закидать! — крикнул Серафим, запрыгнул в свои валенки и ринулся к двери. Я тоже хотел одеться, но когда вышел в коридор, то увидел, как Серафим бьется об дверь, а она не поддается.

— Нас заперли, — выдохнул он и испуганно уставился на меня.

Российская империя. Заброшенное поместье Големовых.

— Как же мы выберемся? Ведь окна забиты! — закричал Серафим.

У него уже началась паника.

Я понимал, что старый деревянный дом сгорит за считанные минуты, если огонь не остановить сейчас, поэтому попытался выбить дверь с наскока, но она не поддавалась. Тогда я скомандовал слуге, который начал колотить дверь руками и ногами:

— Уйди! Лучше подальше, чтобы не зацепило!

Серафим отбежал в гостиную и спрятался за стенкой. Я сформировал шаровую молнию и запустил ее. Взрыв и дверь разлетелась на щепки, а с крыльца скатились бревна, которыми подперли дверь.

Мы с Серафимом выбежали на улицу и принялись закидывать дом снегом.

— Видишь огни? Беги туда! Пусть вызовут пожарных и сами бегут на помощь, — велел я, когда мы закидали одну сторону. Со второй я справлюсь.

Пока Серафима не было, я случайно наткнулся под снегом на деревянную лопату, которой обычно вытаскивают хлеб из печи, и дело пошло быстрее. Как было бы хорошо, если бы поблизости оказался маг воды, но на это не приходилось надеяться, так как здесь в основном жили простолюдины, которые занимались сельским хозяйством.

Практически не разгибаясь, я быстро работал как магический снегоуборщик и вскоре потушил весь огонь. Поэтому, когда Серафим вернулся в сопровождении нескольких мужчин, пожар был почти потушен. Мужчины помогли отодрать горящие доски с окон и потушили отдельные островки пожара. Вскоре я с сожалением смотрел на обугленный фасад некогда роскошного дома.

Ко мне подошел бывший управляющий Павел Васильевич и, тяжело повздыхав, обратился:

— Ваше Сиятельство, переночуйте у меня. Замерзнете здесь: дверей нет, и окна рассыпались от жара.

— Да, сейчас, пожалуй, соглашусь. Спасибо за приглашение!

— Мне только в радость, а то уже третий год, как старуху похоронил, один живу.

Я забрал из дома все документы, а Серафим наши вещи, и мы отправились в сторону деревни.

— Как думаете, кто такое учинил? — спросил управляющий.

— Не знаю. Только приехал, насолить еще никому не успел, — пожал я плечами.

Когда мы проходили по деревне, скрипнула калитка и вышла женщина, обмотанная пуховым платком:

— Василич, а что же вы поджигателя-то не ловите? Уйдет ведь!

— Меланья, ты поджигателя видела? И где же он? — спросил Павел Васильевич.

— Так только что убёг. Вона туда до лесу. Прибежал от дома и таился возле березы, покуда вы огонь тушили, а потом увидел вас и рванул, — махнула она рукой.