Книга Кодекс Рода. Книга 3, страница 87 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Матушку ездили навестить? — поинтересовался Платон Андреевич.

— Нет, в Москву не заезжал. Ездил решать земельные вопросы, — мне не хотелось вдаваться в подробности.

— Да-а, с большим хозяйством всегда много дел. Кстати, мы все ваше золото уже реализовали. Так что, если захотите еще продать, то приходите сразу ко мне. Мы с удовольствием выкупим.

— Спасибо, Платон Андреевич. Вы меня здорово выручили. Эти деньги пошли на развитие рудника.

— Смотрю, у вас есть хватка хозяйственника, это хорошая черта. Уверен, когда вернется ваш отец, он будет очень горд вами. Вот бы и мне Егора наставить на правильный путь.

— Мне кажется, вы его недооцениваете. Ректор и преподаватели им очень довольны. Думаю, если вы ему поручите какое-нибудь ответственное дело, которое будет ему по душе, то сильно удивитесь его хватке и сообразительности.

— Хм. Я подумаю над вашими словами.

Как и говорил Платон Андреевич, небольшой закрытый поселок находился рядом с городом. Сначала мы подъехали к величественному особняку Кедровых. Было видно, что Платон Андреевич очень гордится своим домом, поэтому сперва пригласил меня пообедать, чтобы потом неспеша осмотреть дом, выставленный на продажу.

Я с удовольствием принял приглашение. Он велел прислуге накрывать на стол, а сам сначала провел ознакомительную экскурсию по особняку, а затем показал то, чем особенно гордится. Это была мастерская по изготовлению золотых украшений. Он работал один, поэтому занимал только один угол, остальное же пространство представляло собой музей поделок из золота, серебра и камней. Я искренне восторгался его миниатюрной золотой каретой, серебряной птицей и еще много чем. Было видно, что Платон Андреевич очень талантливый человек.

Обедали мы в обществе его жены, дочери и сына. Дочь звали Алиной. Ей было пятнадцать, и она училась в женской гимназии. Сыну Юре было всего десять, и он очень увлекался конным спортом. Специально для него Платон Андреевич купил жеребца и построил площадку для занятий.

— Меня тоже управляющий уговаривает разводить лошадей, — сказал я.

— Соглашайтесь. Очень прибыльное дело. Я за жеребца отвалил больше, чем за машину, — ответил Платон Андреевич.

Жена Платона Андреевич была тихой скромной женщиной, но почему-то когда она начинала говорить, желание ее перебивать отпадало напрочь. Возможно это ее дар. Очень полезный, должен заметить, не нужно повышать голос, все и так тебя будут внимательно слушать.

— Роман, расскажите хотя бы немного о жизни нашего старшенького.

— Егор отличный парень. Мало кто, как он может совмещать учебу и работу. Я ему доверяю полностью, поэтому попросил приглядеть за остальными, пока я в отъезде.

— Приглядеть? Зачем? Разве в академии небезопасно? — напряглась она.

По взгляду Платона Андреевича я понял, что сказал лишнее, поэтому поспешил успокоить женщину:

— Конечно, безопасно. Просто у меня старый слуга. У него больное сердце. За ним нужен присмотр. А моя девушка Ева переезжает в новый дом, поэтому ей может понадобиться помощь с вещами.

Мать Егора с облегчением выдохнула, улыбнулась и продолжила есть. Мы с Платоном Андреевичем переглянулись и доедали уже в полной тишине.

Чуть позже, когда с обедом было покончено, мы с отцом Егора и Юрой пошли смотреть дом. Он, как и говорил Кедров, находился прямо через дорогу. Выглядел дом поскромнее, чем особняк Кедровых, но мне понравился. Охранники сразу же узнали Платона Андреевича, поэтому без проблем пропустили нас все осмотреть.