Книга Хозяин арены чудовищ. Том 1, страница 114 – Егор Золотарев

Я поблагодарил, опустился на свое место, но не успел даже журнал открыть, как в кабинет влетел Федя.

— Пришли. Вот он! — закричал он и ткнул в меня пальцем.

В дверном проеме появились трое мужчин в полицейской форме. Я знал всех местных полицейских и городовых, поэтому появление незнакомых мужчин насторожило.

Один из них двинулся к Августу Валерьяновичу, а остальные закрыли собой проход.

— Доброе утро! Жиглов Арон Родионович, старший следователь отделения по борьбе с неправомерным использованием магии, — представился он и протянул зеленое удостоверение.

Начальник мельком взглянул на документ и спросил:

— Что-то случилось, Арон Родионович?

— Да. Мы пришли забрать вашего сотрудника Державина Дмитрия Ивановича. На него поступило заявление о неправомерном использовании ментальной магии в отношении частного лица, — он кивнул в мою сторону.

Август Валерьянович удивленно посмотрел на меня и вполголоса спросил:

— Дмитрий, что вы еще успели натворить за выходные?

— Ничего. Я совершенно чист перед законом, — твердо заявил я и буквально прожег взглядом Федю, который стоял с довольным видом и наверняка наслаждался происходящим.

— Хорошо, забирайте. Но я поеду с ним, — твердо заявил мужчина и встал из-за стола.

— Не надо. Я сам во всем разберусь, — ответил я и, с наслаждением захлопнув журнал, попросил. — Август Валерьянович, не могли бы вы поручить Федору разгрести эту кипу бумаг и зарегистрировать все сделки, а то еще неизвестно, когда я вернусь.

— Конечно. Ни о чем не беспокойтесь, — кивнул он. — Как только все разъяснится, отправьте мне хотя бы телеграмму.

— Обязательно.

Я двинулся к двери под возмущенные возгласы Феди:

— Это не моя работа! Я ничего не буду делать за Державина. Не заставите!

— Будете. Еще как будете, — с угрозой в голосе произнес начальник.

Федя что-то ответил, но я уже не слышал, так как вышел в коридор и в сопровождении питерский полицейских направился к выходу.

— Скажите, а кто написал на меня заявление? — обратился я к Жиглову.

Он открыл свою кожаную папку, порылся в документах и ответил:

— Рузанов Артем Арсеньевич. Знаете такого?

— Конечно, знаю. Он пару дней назад мне дуэль на арене проиграл.

— Проиграл? Странно. А в заявлении написано, что это он выиграл, а вы обиделись и попытались его убить.

— Врет. Все его заявление — сплошное вранье. Можем заехать во дворец арен. У них все данные есть, — предложил я.

— Заедем, — кивнул Жиглов.

Я совсем не волновался о том, что меня накажут. Правильно дед говорил: мое слово против его слова. А он, дурак, соврал о том, что я проиграл. Поэтому доверия ему уже меньше, чем мне.

Чтобы доказать, что я действительно вторгся в его мозг, Рузанов должен дать согласие менталисту посмотреть, как это было. А если он это сделает, то менталист также увидит, как он вторгся в сознание моего бойца. Поэтому Артем на это точно не пойдет.

Мы сели в машину и поехали в Петербург, по пути заглянув во дворец, где Жиглову дали справку с печатью о том, что я выиграл бой.

— Хм, зачем же ему наговаривать на вас? — проговорил он и задумчиво посмотрел на меня.

— Как зачем? Он же проиграл. Вот и хочет насолить, — я развел руками и уточнил. — Кстати, а у нас будет очная ставка?

— Конечно, потому и везем. Артем Арсеньевич отказался от менталиста, поэтому очная ставка — это единственная возможность определить истину. Хотя, если вы согласитесь, чтобы менталист проник в ваше сознание, то…