Книга Хозяин арены чудовищ. Том 2, страница 91 – Егор Золотарев

В это время возле касс появился владелец арены дядя Веня и принялся что-то обсуждать с Анной. Та кивала в ответ и делала записи в блокноте.

Я попрощался с Гришей и направился к нему.

— А-а-а, Дима! Что-то совсем к нам дорогу забыл, — пожурил он пальцем.

— Дела, заботы, — отмахнулся я.

— Понятно. Пришел на бой посмотреть? Сегодня глотар сражается.

— Я бы с радостью посмотрел, но времени совсем нет. Дел навалилось невпроворот. Вообще я к вам пришел.

— Ко мне? — заинтересовался дядя Веня и приблизился вплотную. — По какому делу?

— Кто едет на соревнования от вашей арены?

— Уже никто, — печально вздохнул он. — Некого в этом году выставлять. Монстры какие-то слабые попались — всех убили. Я тут еще двоим предложил поучаствовать и обещал хорошее вознаграждение за каждую победу, но они отказались. Никто не хочет рисковать. Выбирают слабых противников и на них деньги делают. Они не понимают, что во время соревнований не только поднимают рейтинг арены, но и прокачивают своего бойца. Перед победителем всегда открыты двери самых престижных арен, где только за участие платят целое состояние.

— Я пойду, — с готовностью ответил я.

— Не понял. Куда пойдешь? — напряг он кустистые брови.

— Участвовать в соревнованиях. У меня клейменные теневик.

Дядя Веня не верил своим ушам. Он еще пару раз переспросил, точно ли я буду участвовать, а потом схватил меня за руку и потянул к своему кабинету.

— Сейчас все составим и подпишем, пока ты не передумал. Аннушка, беги сюда! Помощь понадобится!

Вдвоем они быстро подготовили необходимые документы для участия в соревнованиях. Я все подписал и заверил, что буду беречь монстра и «сохраню его жизнь хотя бы до первого этапа соревнований» — такое обещание взял с меня дядя Веня. Оказывается, между аренами и их владельцами тоже есть соперничество, и если какая-нибудь из арен не участвует в соревнованиях, то ее считают никудышной. Типа это признак того, что никто не согласился представлять ее даже за деньги.

Соревнования начинались через полторы недели, поэтому у меня было время подготовить теневика и вылечить воспаленное клеймо.

Попрощавшись с дядей Веней и Анной, я вышел на улицу и задумался, гадая, где же сейчас Тая? Но взглянув на часы, все понял. В это время она может быть либо на дежурстве в больнице, либо в сиротском доме, учеба уже давно закончилась.

Ехать с пустыми руками в сиротский дом я не мог, поэтому закупился сладостями. Однако, оказалось, что ее там нет. Передав сладости сиротам, я поехал в больницу.

На удивление в коридоре было пусто. Я опустился на скамью в надежде, что Тая будет проходить мимо, но тут дверь одного из кабинетов открылась и вышел мужчина с перебинтованной головой. Он шел вдоль стенки и охал, будто каждый шаг отдавался болью в голове.

— Следующий! — донесся знакомый голос.

Я поднялся, зашел в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь. Таисия сидела за столом и заполняла какие-то бланки.

— На что жалуетесь? — спросила она, не поднимая головы.

— На сердце. Болит от неразделенной любви.

Девушка подняла голову и удивленно уставилась на меня. Затем продолжительно выдохнула и улыбнулась:

— А по-моему, оно болеть не может. Ведь любовь взаимная.