Книга Системный фермер. Том 1, страница 42 – Алексей Аржанов, Михаил Майоров

Убрав весь хлам, который мешался, я вытащил её наружу. Длинная, глубокая деревянная бадья, в которую может поместиться взрослый мужчина, даже если ляжет.

Нужно разобраться со всем хламом, который лежит в этом сарае. Прям кладезь полезных для быта вещей. Практически неиссякаемая! Один минус — всё старое, ржавое и поломанное.

— Где ты это нашел? — не на шутку удивился Радован, когда увидел меня с бадьей.

— Пылилось в сарае, — ответил я, поставив будущую ванну на землю. — В ней можно и вещи стирать, да и самому мыться. Один вопрос? Кто первый?

— Я с радостью готов тебе уступить, Войцех. Стирай одежду, мойся, а я пока схожу твой тюфяк вытрясу от мышей. В общем, организую себе комфортный ночлег. Надеюсь, что ты со мной спорить в этот раз не станешь.

— Нет, — с улыбкой на лице, ответил я. — Пожалуй, мне отдых сегодня точно не повредит.

— Хорошо, — ответил Радован и поставил пустое ведро, рядом с горшочками, в которых был кипяток. — Тогда я пошел, мойся! Только тряпкой обверни горшочек, а то все руки себе спалишь.

— Я устал, но не настолько, чтобы быть таким невнимательным, — ответил я. — Это уж скорее твоя черта.

— Ну, так, на всякий случай, — усмехнулся Радован и пошел в сторону дома.

Даже не верится, что в новой жизни я впервые приму горячую ванну за такое долгое время. Жаль, что бани нет. Сейчас бы зайти в парную, поддать пару, чтобы эта грязь сама с меня слезла. Помыться, вернуться в дом, попить парного молока, да в свежую кровать лечь.

Эх, цивилизация. Мне её не хватает! Но не смотря на все эти трудности, у меня было одно, о чем я и не мог мечтать в прошлой жизни — молодости.

Мне не нужно было пить тонну таблеток, измерять давление, да и суставы не болят. Пусть это тело не получает отдыха, постоянно страдает от физических нагрузок, но это малая цена за молодость и новую жизнь.

И сейчас я это хорошо понимаю. Сохраню землю, расквитаюсь с долгами, а там уже и баня будет, и полный погреб свежих овощей. Всё, о чем я сейчас могу лишь мечтать.

Я взял два ведра холодной воды из источника и наполнил бадью. Надеюсь, что не переборщил. Хочется всё-таки в горячей воде посидеть. Буду сейчас, как рак в кастрюле греться! Самое то для уставших мышц.

Два горшочка с кипятком хватило, чтобы вода стало приятно-горячей. Я снял с себя всю грязную одежду, повесив его на стебель синекорневого бурьяна.

Хоть какая-то от тебя будет польза, сорняк паршивый. Будешь вешалкой.

Я осторожно перешагнул через край бадьи и начал садиться. Как только горячая вода коснулась обожжённой спины, я едва не прокусил губу, чтобы не заорать. Тело так свело судорогой, что мне аж пришлось впиться пальцами в дерево, чтобы удержаться.

— Твою ж… — прошипел я, замерев в полупозиции.

Но спустя минуту боль из острой и очень неприятной превратилась в тупую, пульсирующую, а затем… начала растворяться. Горячая вода размягчила забитые мышцы, вытягивая из них накопившуюся за день усталость. Я медленно опустился по самые плечи, привалился затылком к борту и закрыл глаза.

— Войцех! — донёсся сквозь пелену блаженства веселый голос Радована. — Я тут с мышами борюсь, а он в корыте кукует! Гляди, какую тварь выселил!

Радован с триумфальным видом вышвырнул за дверь обрывок старой мешковины, из которого побежали врассыпную перепуганные мышата. Помощник работал как заведённый: выкинул прелую труху, перетряс каждый пучок сена.