Книга Системный фермер. Том 3, страница 69 – Алексей Аржанов, Михаил Майоров

— Это… всё нам можно? — тихо спросила она, и от этого вопроса у меня что-то перевернулось внутри.

— Ешь, конечно, — кивнул я.

Девчушка набросилась на хлеб так, будто боялась, что его отнимут. Мать ела медленно, по чуть-чуть, отламывая крошечные кусочки. Видно было, что желудок отвык от нормальной пищи. Я смотрел на них и хмурился. Понимал, что в столичном округе всё плохо, но одно дело слышать, и совсем другое — видеть, как родная сестра прячет за пазуху недоеденную корочку хлеба.

— Расскажите, что там в центре сейчас происходит? — садясь напротив, попросил я.

Мать отложила хлеб и тяжело вздохнула. Ян помрачнел.

— Плохо там, Войцех, — глухо сказала мать. — Словно земля окончательно умерла… Если в позапрошлом году ещё что-то худо-бедно росло, то сейчас абсолютно ничего. Деревья, что веками стояли — просто засохли. Те, кто с хозяйством были — сразу же всю скотину перевели. Кормить просто нечем.

— По всему центральному округу так, — подхватил Ян. — Я с обозниками в дороге говорил, со встречными — одни и те же слова. Хлеб вдвое подорожал с осени. А к весне и за такие деньги не сыщешь. Лавки пустые стоят.

— У соседки нашей, тёти Марьи, двое младших померли зимой, — вдруг тихо сказала Элиза. — От голодухи. Тётка и сама пухнуть начала. Ноги как брёвна стали.

— Элиза, — одёрнула мать.

— А что? Так и было же, — девчушка опустила глаза. — Я не вру.

Картина складывалась мрачная. Хорошо, что Ян перевез моих родных сюда. Здесь хотя бы проблем с едой обычно не бывает. Даже если своего хозяйства нет, то можно спокойно выжить, собирая ягоды в лесу, промышляя охотой или рыбной ловлей. Всего в достатке.

Да и, как ни крути, землевладельцы тоже свой вклад вносят. Вон у Гулоса сколько полей было, а теперь всё оказалось в руках Вернера. Вся пшеница, рожь и ячмень идут не только в центральный округ, но и кормят фронтир.

— А власти что? Предпринимают хоть какие-то меры? — спросил я. — Неужели ничего не делают?

Ян невесело усмехнулся.

— Делают. Подати, говорят, на время снизили. Да что с тех податей толку, когда есть нечего? Из имперских хранилищ зерно всем раздавать обещали. Но, видимо, среди чиновников оказался человек, который сразу понял всю абсурдность этой затеи. На всех еды не хватит. Поэтому ввели специальные бирки-талоны. Только вот их получить можно, если работаешь. А что делать старикам? Детям? — Ян пожал плечами. — В общем, тяжело людям сейчас приходится. Странно, что ещё не все оттуда уехали. Хотя, недавно слух прошел, что император планирует перенести столицу. Не знаю только вот правда это или нет.

Я невольно вспомнил рассказ Радована. Казённые склады, поддельные накладные, телеги зерна, что уходят в неизвестном направлении. И всё это происходит пока народ пухнет с голоду. Значит Элиза долгое время кормила и себя и мать. Ведь та, судя по письмам, долгое время болела.

— Поэтому я не отказалась от предложения Яна, когда он посоветовал нам ехать к тебе. Я ведь, Войцех, чего скрывать, уже и не думала встать на ноги. Если бы не твоя внезапная помощь… Мы ведь уже отчаялись, отца потеряли, денег и еды нет, — мать закрыла лицо руками.

— Правильно решили, — твёрдо сказал я. — Здесь не пропадём. Земля плодородная, хозяйство своё. И это только начало. С голоду точно не помрём.