Книга Индийский лекарь. Том 2, страница 11 – Алексей Аржанов, Михаил Майоров

— Что ты делаешь, Аджай? — удивился Шьям. — Ты хотел поговорить? Моя медсестра скоро должна подойти.

Выражение лица коллеги было предельно хмурым. Словно он был чем-то предельно недоволен. Шьяму ранее не доводилось видеть его в подобном состоянии.

— Ну что, дружок? — Сингх поставил две руки на рабочий стол и пристально посмотрел в глаза владельцу кабинета, подойдя вплотную. — Кажется, я разгадал секрет проклятия. Может, расскажешь мне то, что долгое время утаивал?

Шьям нервно сглотнул слюну, вставшую комом в горле.

— Я не понимаю, о чем ты, — залепетал Шьям. — Проклятие! Оно свело тебя с ума, Аджай? Успокойся и открой кабинет, пожалуйста.

— Хватит нести этот бред! — строгим тоном приказал я. — Как давно ты хочешь забрать себе мой участок?

— А⁈ — Шьям сделал вид, словно не услышал мой вопрос. — Успокойся, Аджай, я могу помочь тебе. Но один явно не справлюсь!

Коллега робко встал со стула и хотел прошмыгнуть мимо меня до двери. Куда же ты собрался? Наверняка решил позвать психиатра и бригаду крепких санитаров.

— Стоп! Вернись на место, мы ещё с тобой не закончили разговор, — резко потребовал я.

— Он спятил, с ума сошел, что же мне делать… — приговаривал шепотом Шьям, возвращаясь на свой стул.

— Может, уже хватит разыгрывать это представление? — вздохнул я.

В разговоре со своей медсестрой я узнал много интересного о моем коллеге. Про его сказки о проклятии было известно всему отделению. Прошлого терапевта с моего участка действительно сбила машина. Несчастный случай, который обрёк человек на инвалидное кресло и долгие годы реабилитационных мероприятий.

Остальные терапевты, работающие на моем участке, уволились по весьма обычным причинам: один уехал по обмену работать в другую страну, второй ударился в религию и решил стать монахом, третьего позвали в частную клинику. Причин было множество и ни одна из них не совпадала с историями, которые мне рассказывал Шьям.

Правда, был слабонервный терапевт, поверивший в сказки про проклятие. Уволился через две недели после трудоустройства.

Сандхья рассказывала, что мой сосед по кабинету уже давно ведет свою игру против терапевтов с моего участка. Он даже успел получить выговор за свои сказки от заведующего отделения, но увольнять его не стали.

Видимо, после этого инцидента он уже стал более осторожным. Поэтому и рассказывал свои басни мне в личном разговоре, боясь, что кто-то ещё может услышать. Про мотивацию его действий моя медсестра не знала.

Но в одном я был уверен наверняка. Шьям давно хотел забрать себе мой участок, но, увы, ему это до сих пор не удалось.

— Аджай, ты не в себе! — Шьям настойчиво продолжал свою актёрскую игру, начав усердно что-то искать в ящиках своего стола. — У меня где-то лежало успокоительное. Сейчас найду…

— Если ты не прекратишь, то мы будем вести диалог совсем в ином русле, — мои слова прозвучали весьма угрожающе. Руку я сжал в кулак.

Разумеется, у меня не было намерений бить своего коллегу. Но подобный жест выбивал человека, работающего врачом, из привычной колеи.

Любые конфликты в медицинской среде между сотрудниками — это попытки друг другу насолить на работе. Донести начальству, что твой коллега где-то прохлаждается, вместо того, чтобы сидеть на приеме. Переписать неадекватного пациента к тебе на приём, что потенциально может послужить причиной для жалобы на твоё имя. Скинуть на тебя инвалидности со своего участка, убедив пациента, что её должен писать именно ты, а твой оппонент.