Книга Доктор Фальк и убийства под парусом, страница 79 – Игорь Евдокимов

Василий Оттович заторопился обратно к «Кюба», оглядывая себя в отражениях витрин, дабы убедиться, что его костюм и физиономия не сильно пострадали от Державина. Судя по тому, что швейцары вновь пустили его без всяких возражений, потасовка не повлияла на его внешнюю презентабельность.

Екатерина Юрьевна сидела за их столиком, внимая речам седовласого господина. Увидев Фалька, она утратила всегдашнюю невозмутимость и едва ли не просияла от радости. Видимо, собеседник ей достался исключительно нудный.

— Самсон Павлович, а вот и господин, о котором я говорила, – доктор Василий Оттович Фальк, – представила его Красильникова. – Самсон Павлович служит в дирекции императорских театров.

— Рад знакомству, молодой человек, но, как я уже сказал нашей несравненной Екатерине Юрьевне, ничем не могу вам помочь, – с достоинством произнес гость. – Как я понял, вы уже сами выяснили, что Сергей Анатольевич использует псевдоним. Большего я говорить не имею права.

— То есть вы знаете, кто на самом деле господин Богомольцев-Донской, но не скажете нам? – уточнил Фальк.

— Именно так, – кивнул Самсон Павлович.

— И Константину Михайловичу Несвицкому вы сказали то же самое?

— Константину Михайловичу Несвицкому я доверяю безгранично, – ответил гость. – А вам, прошу простить покорно, нет, пусть вы и являетесь другом госпожи Красильниковой. Благодарю за ужин, Василий Оттович. Екатерина Юрьевна, всегда рад видеть.

Самсон Павлович вежливо откланялся и удалился. Фальк проводил его мрачным взглядом.

— Я что, его только что угостил? – поинтересовался доктор.

— Увы, – пожала плечами Красильникова. – Но, если это вас успокоит, Самсон Павлович ест будто воробушек.

— Пользы от него, видимо, столько же, – проворчал Василий Оттович.

— Не скажите. Вы же у нас сыщик-любитель. Еще одна деталь в вашу коллекцию. Самсон Павлович не просто так отказался говорить о Бэ-Дэ. В том, что касается сбора театральных сплетен, сему господину нет равных. Однако у Самсона Павловича есть свои принципы. И главный из них – не обсуждать близких знакомых. А это значит, что кем бы ни был Бэ-Дэ, Самсон Павлович дружит либо с ним, либо, что вероятнее, с его семьей. Учитывая его характер, таких наберется не так уж много. Найдете семью – выясните, кто же такой на самом деле Бэ-Дэ. А теперь, Василий Оттович, давайте рассчитаемся и отправимся обратно в Зеленый луг. Сегодняшний день меня порядком утомил.

Фалька этот день не только утомил, но и порядком разорил, однако взятых с собой средств все-таки хватило на два обратных билета первым классом. Поезд уходил практически пустой – большинство желающих уехали на дачу или вечером в пятницу, или субботним утром. Их с Красильниковой купе оказалось единственным занятым на весь вагон.

Спустя минут десять поезд оставил позади петербургские окраины, и за окном потянулись зеленые леса, освещенные ярким, но уже клонящимся к закату солнцем. Екатерина Юрьевна была нехарактерно молчалива. Она уже не подтрунивала над Фальком, а лишь смотрела на бегущие мимо пейзажи. Как и утром, Василий Оттович находил это молчание одновременно успокаивающим и неловким. Однако нарушила его вновь Красильникова.

— Скажите, доктор, вы когда-нибудь сожалели о решениях, принятых в молодости?

— Это вопрос с подвохом? – уточнил Фальк, скорее для того, чтобы потянуть время.